— Не в твоей весовой категории? — задал я риторический вопрос.
Роберто кивнул:
— Ну, не буквально… Но, в общем… Противно.
Вот черт! У меня уже мозги сегодня не работают. Да что тут сделаешь? Откатиться назад по мировой линии невозможно.
Я вопросительно посмотрел на Лео: это не стратегия, это по твоей части.
— Проследить, чтобы он не пошел топиться? — с иронией поинтересовался мой друг.
— Что-то вроде, — передразнил я Роберто. — А завтра эта парочка побежит жаловаться, и Роберто придется отжаться раз двести. Тогда он утешится. Ты им ничего не сломал?
— Не-е, — помотал головой Роберто. На наши ехидные реплики он не отреагировал, значит, с ним что-то очень не в порядке.
— Тогда расслабься, — предложил я. — Ну, позанимался ты чем-то бесполезным: такая тупость, как у этих, не лечится. А ты сам усек, что мордобой — это не решение проблемы. Всё, проехали.
Роберто, кажется, немного успокоился:
— А ты уверен, что они на меня настучат?
— Очень может быть, — ответил я. — А тебе это так надо?
— Да, в общем, нет. Ладно, черт с ними, с этими придурками, — слегка улыбнулся Роберто.
Наутро Бовес объявил нам, что сегодня будет самый обычный день.
— Э-э-э? — удивился я.
— Уже забыл? — ухмыльнулся сержант. — Четыре тренировки, как в начале смены.
— Ага, — кивнул я. — А завтра?..
Мы вместе с нашим куратором отправились к своим любимым скалам.
— Завтра вам выдадут команду малышей, и вы потащите их в марш-бросок. Восемьдесят километров, если по прямой. Дороги нет. Туда вас отвезут на катере, а обратно вы вернетесь сами.
— Спорим, я даже знаю, какую именно команду на нас навесят! — предложил Алекс.
Я покачал головой и нахмурился:
— Я тоже знаю. На время?
— Нет, что ты, — ответил сержант, — а то бы некоторых просто не привели живыми, они ж маленькие еще. Просто уложитесь в три дня.
— Ну хорошо, а то я уже испугался, — вздохнул я с облегчением.
— Так сильно хочешь выиграть?
Я надулся:
— Вы имели возможность убедиться, что нет!
Бовес хмыкнул:
— Да, действительно. Хотя на игре твое желание выиграть не противоречило твоей заботе о разумном порядке и о том, чтобы никто не ходил обиженный… А если бы это противоречие возникло? — спросил он, хитро улыбаясь.
— Ммм, мне кажется, мир устроен так, что не возникнет. Ну, может быть, где-то, в каком-то месте, на короткое время такое противоречие и может возникнуть, но ненадолго. И расплачиваться, если ты уступил соблазну, придется по полной программе.
— Это почему?
— Ну, допустим, вы глава государства. Вы всё бросили и все средства вкладываете только в вооружения. Мирное население вы не учите, не лечите, пенсий не платите, недовольных стреляете и так далее. Во-первых, вас скорее всего просто убьют. Или будет большой бунт. Или все, кто может, постараются уехать. Потеряете вы при этом в первую очередь интеллектуальную элиту: ее примут где угодно с громкими криками «ура». И у вас сразу пойдет научно-техническое отставание. А во-вторых, ну, допустим, вы даже разобрались с этими проблемами, выиграли какую-нибудь войну, стерли противника с лица земли, превратили его территорию в одно большое кладбище. Так ведь кладбище не приносит дохода, а ваши собственные солдаты вернутся домой, точно зная, что все проблемы решаются при помощи бластера, и преступность возрастет в разы. В лучшем случае. Ну и, наконец, вы же еще не весь мир завоевали. Соседи испугаются, объединятся — и будет еще одна война с заведомо превосходящими силами противника. Превосходящего в десять, быть может, раз. Со всеми вытекающими последствиями.
— Если все так просто, почему все на свете не пользуются этими рецептами?
— Потому что на практике не все так просто, — ответил я. — Надо хорошо подумать и принять во внимание кучу разных вещей. А это не каждый может сделать.
— А ты можешь?
— В том масштабе, в котором мы играли, получается, что могу.
В этот момент мы подошли к скалам и разговор пришлось прервать.
— Откуда ты все это знаешь? — спросил меня Лео, когда мы оказались наверху.
— Ну, мы же этим занимались! Кремона — такое государство и есть!
— Ммм, да, пожалуй.
Больше в течение дня мы к этой теме не возвращались, да и, откровенно говоря, я уже все самое основное сказал.
Самый обычный день показался мне довольно тяжелым — неужели воевать или соревноваться проще?
«Не проще, а разнообразнее», — заметил внутренний голос.
После ужина я вспомнил, что так и не отжался сто раз за устроенную Крисом драку у склада. Мысленно постанывая, я отправился на штрафную площадку и увидел там своего лейтенанта.
— Тоже вспомнил только сегодня? — поинтересовался я.
— Ага, — согласился Крис, — лень ужасно.
— Мне тоже, — вздохнул я.
Мы приняли упор лежа и начали отжиматься.
— Что это вы тут делаете? — услышал я над собой голос капитана Ловере.
— Э-э-э, — сказал Крис, поднялся на ноги и начал объяснять, в чем дело.
Мне стало ужасно смешно, и я рухнул на землю, чтобы отсмеяться.
— Ясно, — перебил капитан Крисовы объяснения. — Клоуны чертовы! Делать нечего?! Катитесь отсюда немедленно!
