Важно, что автономный критический разум был также утвержден в качестве истока и основы ценностей, регулирующих индивидуальное и социальное поведение человека. Иначе говоря, ценности и императивы человеческий разум устанавливал или открывал самостоятельно. Даже религиозные мыслители стремились обосновать идею естественного права, которая на протяжении столетий получала богословское истолкование, с чисто рациональной точки зрения. Так, голландский религиозный мыслитель XVII века Гуго Гроций[58] утверждал, что хочет создать теорию естественного права, которая «…была бы верна, даже если предположить, что Бога нет» (См.: Келли, 1382 (2003): гл. 5 и 6). Еще до него в XIII веке Фома Аквинский проводил различие между естественным правом, которое доступно человеческому разуму, и божественным правом, которое ниспослано человеку через откровение (Thomas Aquinas, 1948; Bix, 1999). По его мнению, установленные человеком законы, которые применяются в повседневных ситуациях, представляют собой лишь ответвление и отражение естественного (рационального) закона, а потому не имеют богооткровенного происхождения.
Рационалистический подход к проблеме ценностей, в том числе этических, получил окончательное оформление в философии Канта, принципы которой превратились впоследствии в доминирующий дискурс современной политики и этики. Рассуждая об основаниях этики, Кант выдвинул в качестве первоосновы своей концепции принцип автономии разума — законодателя всех ценностных установок и, как следствие, ниспровергателя любых проявлений рабства и дискриминации. Человек обладает субстанциальной ценностью по той причине, что является человеком, и ни одного из людей нельзя делать инструментом достижения целей со стороны другого человека. Негативная формулировка принципа конечной цели как недопустимости превращения человека в средство достижения той или иной цели получила всеобщее признание (Kant, 1969; Kant, 1996: 440; Расех, 1384 (2005)). Этот принцип был выражением чаяний всех, кто тяготился бесчеловечным и деспотичным господством церкви или абсолютной монархии.
С историко-правовой точки зрения чрезвычайно важно проведенное Кантом разделение ценностей на две группы: ценности, связанные с моралью, или добродетелью (Tugend), и ценности, связанные с правосудием (Recht). С точни зрения морали оценке подвергается не только действие человека как существа, наделенного свободной волей, а потому ответственного за свои поступки, но и его намерение: моральный поступок должен вытекать из благого намерения. В то же самое время с точки зрения справедливости (т. е. в пределах правовой сферы) речь идет лишь об ответственности за действия индивида, тогда как намерение его не учитывается. Иначе говоря, суждения первого рода относятся к пространству «благого», второго же — к сфере «справедливого» (Ross, 1930). Это различение, по сути, закрепило нововременную интерпретацию понятия права.
Рождению понятия права в современном значении способствовали два фактора: во-первых, номинализм в вопросе об универсалиях, а во-вторых, ценностная установка индивидуализма, отстаивающего претензии
Плюралистическое общество, возникшее в рамках национального государства, было одним из важных элементов эпохи модерна. На всем ее протяжении, в особенности в период Просвещения, это многообразие только увеличивалось. Вдобавок к этому, одним из серьезных элементов (и одновременно достижений) модерна является возникновение и укрепление гражданского общества, которое повлек за собой плюрализм, и необходимость организации жизни, прежде всего городской.
