Исламское государство. Армия террора полностью

Шаткое перемирие, установившееся после этого между ИГИЛ, с одной стороны, и «Ан-Нусрой» и «Ахрар ашь-Шам», с другой, слегка понизило накал боевых действий в пригородах Алеппо, как и вывод сил ИГИЛ из стратегически важных районов, расположенных вблизи турецкой границы, в том числе из городов Атмех и Аль-Дана⁴⁰.

Аль-Джолани обвинил ИГИЛ в фитне (смуте), которая в течение недели сотрясала северную Сирию, и настаивал на формировании независимых юридических советов для разрешения споров, сопровождающих процесс прекращения огня⁴¹. Он также заметил, что «между всеми сторонами будет произведен обмен задержанными… и дороги будут открыты для всех».

Во время короткого периода сирийской «Ас-Сахвы» — «Пробуждения», которое неожиданно продемонстрировало, что официальная дочерняя структура «Аль-Каиды» находится на стороне «ас-сахватов» — ИГИЛ выдвинула вызывающий лозунг: «Бакийя ва татамаддад» («Остаемся и расширяемся»), обещая сокрушить выступления против себя и достичь Аравийского полуострова⁴². ИГИЛ также обстреливала минометным огнем базу группировки «Ахрар аш-Шам» в Мейдине, Дайр-эз-Заур, рядом с иракской границей, а пресс-секретарь «Исламского государства» объявил войну повстанцам, угрожая сирийцам атаками шахидов и подрывами начиненных взрывчаткой автомобилей.

На фоне фитны начали возникать разногласия внутри исламских группировок, воющих против ИГИЛ. В результате Абу Омар аш-Шишани, командовавший в то время силами ИГИЛ в Алеппо, подписал соглашение о перемирии с Абу Халидом ас-Сури, полномочным представителем аз-Завахири в Сирии, действовавшим от имени группировок «Ахрар аш-Шам» и «Ан-Нусра»⁴³. После этого спокойствие в стане джихадистов было восстановлено.

Но ущерб, нанесенный взаимоотношениям «Ан-Нусры» и ИГИЛ, оказался невосполним: 2 февраля 2014 г. «Аль-Каида» официально прекратила сотрудничество с ИГИЛ, публично заявив об этом: «ИГИЛ больше не является подразделением группировки „Каидат аль-Джихад“ (официальное название „Аль-Каиды“), мы не поддерживаем с ней никаких отношений и не несем ответственности за действия этой структуры»⁴⁴.

Одним из джихадистов, нелегально пересекших границу между Ираком и Сирией в составе группировки аль-Джолани в 2011 г., был Абу Мария аль-Катани. Его настоящее имя — Майсара аль-Джубури, и он активный пользователь соцсети «Твиттер», где пишет об «Ан-Нусре» и особенно о продолжающейся вражде с ИГИЛ, откуда аль-Катани, бывший одним из командиров высшего звена, в свое время дезертировал⁴⁵. «По слухам, он служил дорожным полицейским, прежде чем стать боевиком „Ан-Нусры“ в Дайр-эз-Заур, — сообщил нам Лайт Алхури. — Он обвинял ИГИЛ в развале джихада в Ираке и Сирии, а тех, кто вступил в ИГИЛ, называл „ненормальными“».

Признаки грядущего раскола прослеживались на всем протяжении существования этого союза уже с первой, прошедшей очень напряженно, встречи бен Ладена и аз-Заркави в Кандагаре в 1999 г. и по ходу всей бурной 11-летней истории АКИ. И хотя «Ан-Нусра» и ИГИЛ остались после разлада тактическими союзниками и, по непроверенной информации, обдумывали какой-то формат примирения перед лицом воздушных ударов, наносимых Коалицией по обеим группировкам в Сирии, настоящее сближение между ними теперь едва ли возможно. Последний номер журнала «Дабик» ясно указывает на то, что ИГИЛ считает «Аль-Каиду» исчерпавшей себя силой в джихаде, а себя — восприемницей наследия бен Ладена. Слишком много между ними различий и слишком они глубоки, считает Алхури. «ИГИЛ выбирает крайне правый ультраконсервативный путь. Законно убивать тех, чью агрессию вы не можете подавить иначе. Один из таких людей — Джолани. Говорят, Багдади поклялся убить его. ИГИЛ считает преступниками даже тех мусульман, которые не знают, что они что-то нарушили. Поэтому, если вы оскорбляете святыни, используя в разговоре сленговое выражение, они отсекают вам голову, даже если вы не понимаете, что оскорбили святыни».

Еще одно важное расхождение во мнениях касается построения исламского государства. Для ИГИЛ теократическая законность логически вытекает из захвата территории. Сперва вы «освобождаете» людей, а затем находите для них правительство. По мнению «Аль-Каиды», все делается наоборот: законы шариата вводятся до того, как священная война сметет тиранический режим.

Наконец ИГИЛ придерживается пятиэтапного процесса установления халифата, который придумал аз-Заркави и успел завершить три из этих этапов к тому моменту, когда на сцену вышел аль-Багдади: приезд иностранных боевиков в страну джихада (хиджрах), включение их в ряды боевиков (джама’ах) и уничтожение боевиками идолопоклонников (по идее, надо уничтожить всех, кроме заркавистов и их союзников)⁴⁶.