– Ну, это какой шурин. Но ты прав, разладились семейные отношения, если когда и были. Я ведь сразу после срочной женился. Ну, а через год на контракт ушёл: в нашем городке мне тесно показалось. А жена, она мастером в парикмахерской работала, и говорит, мол, чем на дядю стараться, не лучше ли открыть нам свой салон красоты? Квартира у меня была, она собиралась пока пожить у матери в двушке, что тоже терпимо, а там деньги повалят – лопату ищи побольше. Крымом же тогда и не пахло, нефть дорогая, каждый норовил новую машину купить, да что б непременно иностранную. Ну, помнишь. Я и решил, почему нет. Пусть бизнесвуменшей станет. Я-то по любому стричь-брить не буду.
Оформили честь по чести, на двоих, меня и её. Я за директора, она заместитель. Квартиру – ну, мою двушку, переделали в салон, почти все деньги ушли, но что деньги, заработаем деньги. Всё, что контрактником зарабатывал, на общий счет шло. Отслужу, вернусь, свое дело открою с прибылей-то, и будем укреплять средний класс. Тут шурин прибился, из Киева, мол, нужно не просто салон, а институт красоты сделать. Он старше Вальки, жены моей, на восемь лет, а ещё врач по образованию, вернее, косметолог. Ну, ботокс и всякая фигня. Вот он и будет младшим партнером в фирме. Дамочек омолаживать, ну, и мужиков, у которых весь ум в красоту ушёл. Ладно, пусть. Шурин кредит взял, аппаратуру из Германии выписал – так у косметологов-де положено. Зато озолотимся.
А там Крым, Донецк, Луганск, рубль рухнул, а кредит остался, да ещё валютный. Народу резко стало не до ботокса – я наш городок имею в виду, в столицах, поди, по-прежнему молодятся, – взяли другой кредит, третий, в общем, когда я, комиссованный, вернулся, оказалось не дело, а горе, одни долги, и долги пухнут день ото дня – они какие-то дурные кредиты брали под сумасшедшие проценты только для того, чтобы платить по процентам прежним. Значит, денег нет, здоровья нет, в общем, ничего нет. Квартиру мою, которую под салон перестроили, за долги отобрали вместе с оборудованием, так нет же – долгов только больше стало, такая система. Шурин и подначивает, мол, возьми кредит, проценты гасить нечем. А какой кредит, если их на мне и так невпроворот – дело-то общее, и кредиты, стало быть, брал как бы я. Директор же.
– А подпись?
– А право подписи я жене передал, как иначе – я на службе, то там, то сям. А жена дело ведет. В общем, огляделся – нет ничего. Жить стали у тещи на правах паршивой кошки. Ну, пенсия моя, понятно, тоже теще – за жилье, еду и прочее. Потому и лекарства купил лишь единожды. А так больше суп для нищих. Одно хорошо – в соседнем доме библиотека. Наберу книг, и читаю – в читальном зале, а как устану – через часа полтора – возвращаюсь к теще и на диван. А та ворчит, понятно – зять-паразит, только книжки читать горазд.
Я несколько раз пробовал устроиться на работу, да без толку. Однажды три дня продержался – мой рекорд, а так а второй день выгоняли. Правильно выгоняли, какой я работник, если мне еле сил лежать хватает. А жена говорит, проси помощи у людей, по телевизору, мол, миллионы на операцию собирают, глядишь, и мы чуть с долгами разделаемся – то есть мысль у нее была не на операцию деньги собирать, а долги каким-то дядям отдавать. Потом вообще стали на улицу выталкивать – оденься, медали повесь на грудь, сядь в инвалидную коляску и проси на прокорм защитнику отечества. Они-де с нужными людьми договорятся, там с настоящих инвалидов много не возьмут за место. Вот так и день за днем. Одно удержало от петли – недолго жить, куда торопиться. Ну, а тут ты позвонил. Меня шурин и повёз, говорит, назад не возвращайся без денег, у друга твоего денег много, так возьми как бы в долг, и побльше, побольше. Так что учти – начну просить – не давай….
Дался рассказ Владу тяжело, он весь графин выпил, хорошо, вода, а если бы виски?
Но на слезу не пробил.
Я отвечать не торопился. Позвал свистком Анну Егоровну, чтобы переменила графин. Посмотрел на зелёное небо, на западе облачка собирались по трое, видно, к дождю. Выждав мхатовскую паузу, сказал:
– Как фамилия жены?
На удивление, фамилию жена оставила свою.
– Как фамилия шурина?
На удивление, у шурина была фамилия первого мужа матери жены. То есть другая.
– Интересно люди живут. У меня есть знакомый юрист, поручу ему разобраться. Если все по-честному, проведёт банкротство. Будешь без кола и двора, но и без долгов.
Жить у меня можешь, покуда не надоест. Дом, сам видишь, большой, мешать друг другу не будем, хозяйство почти натуральное, не объешь. Недельки через две покажем тебя местным светилам, может, что присоветую толкового. Или в Москву свозим. А пока ешь, пей, веселись.
Влад посмотрел на меня с долей опаски:
– Ты, поди, кое-что про Вальку и шурина знаешь.
– Я про тебя кое-что знаю, а про твоих жен и шуринов слышу первый раз. А проверка не помешает. Сам ведь говоришь: век живи – век проверяй.
– То я про оружие.
– Наши жены – пушки заряжены. Ты как себя чувствуешь?
Он посидел, потом встал.
– А знаешь, ничего. Вот только в сортир нужно.
– Куда идти знаешь?
– Первым делом узнал.
