– Вот теперь и вопрос: это был сигнал на самоликвидацию, или сработала автоматика? – сказал я.
– Ну да. Как в добрые старые времена. Я впервые за последнее время чувствую себя живым, – ответил Влад.
И мы пошли. Ужинать. Владу полагались три кровяные колбаски с тушеной капустой и маленьким бокалом «Каберне», мне только тушеная капуста.
Диета.
После чего каждый пошёл готовиться ко сну. Влад с «Einführung in die Diäologie» и третьим томом писем Чехова (выбор Войковича) под мышкой. Я же поднялся в мезонин. Тоже книжек захотелось почитать, подумать, побыть в одиночестве.
То, что Влад оказался куда бодрее, чем расписывал сам, ничего не значило. Смена обстановки: приезд к армейскому товарищу, хорошая еда, природа – все это способно бросить в топку остаток энергии перед тем, как лампочка перегорит навсегда. Но возможно иначе – действительно, та же еда, воздух и вода способны направить организм на путь здоровья (такой плакат я видел в столовой одного из местных санаториев, где гуляла свадьба прокурора района). Посмотрим, каково будет завтра.
Теперь дрон. Прощупывают. Кто? Сейчас попробуем узнать.
Я открыл все окна.
Свежо. Темно. И неподалеку, километрах в четырех-пяти – гроза. Со всех сторон. Только над нами почти чистое небо – я специально выглянул и посмотрел на небо. Луны нет, кое-какие звезды проглядывают сквозь легкую дымку. Это пока легкую. Всплыло слово «хмарь».
Я достал хрустальный шар, он же ментальный концентратор (так называл его профессор Рукавишников, впрочем, до практической части тогда дело не дошло: в городе слишком шумно и в ментальном смысле), поставил на изолирующую подставку и стал вглядываться в шар – или в себя.
То ли гроза, то ли дождь, ливший в паре километров тому причиной, но помех не было вовсе. Разве что сверху, из космоса долетит что-то тихое, словно где-то маленькая мышь пела колыбельную совсем уже крохотным мышатам.
Я искал, искал – и нашел оператора дрона. А ведь нормальный парень, не пропащий. И хочет пойти другим путем. Так пусть идет, нужно только слегка подтолкнуть. В нужном направлении.
Я старался. Это как тяжелую бочку катить. Сначала очень тяжело, но потом чуть легче.
Спустя полчаса пошёл дождь. Было приятно: словно в пустыне встретить колодец. Я как раз докатил бочку до нужного места, дальше она сама, под гору-то самой способней.
Спустившись в кабинет, я взял револьвер, убедился, что он заряжен, и вернулся в мезонин. Не то, чтобы я думал, будто револьвер сегодня мне понадобится, нет. Просто нужно восстановить привычку – всегда держать оружие под подушкой. Лёг на диван в полуденной части, револьвер сунул на положенное место и уснул под шум дождя.
В шутку его звали командиром военно-космических сил службы по Чернозёмской губернии, но шутка попахивала. Тем более сейчас. Вадим прямо-таки чуял запах горящей пластмассы, хотя до дрона было больше километра, да и ветер дул с другой стороны. Всё. Нет у него больше военно-космических сил. И потому судьба его была туманно-незавидной. Он бы и сам сделал дрон, и гораздо лучше этого, и даже за свои деньги – так нельзя. Можно только купить у спецпоставщика. А денег на это нет, по придуманным кем-то нормативам этому дрону полагалось работать ещё два года. Потому следовало его, дрон, держать на складе или носить на руках, изображая полёты. Он так и делал, но вот получил приказ: облететь Усадьбу Карагаева (так это звучало) с проведением аудиовидеоразведки на предмет незаконной деятельности.
Да что тут облетать? Взял бинокль и хороший фотоаппарат, да за половину дня и обнимал бы со всех сторон, благо забора никакого. Ну, за день с учетом дороги. Но – приказ отдает начальство, а расплачивается подчиненный.
Вообще служба – это кому как. Ну да, жалование сносное, но не настолько сносное, чтобы купить, к примеру, квартиру в Чернозёмске в ближайшие пять лет. Ведь пить-есть нужно, и за съемное жилье платить тоже нужно. А специализация у него такова, что побочных доходов мало. Таскать каштаны из огня для начальства можно, а закатить под ковёр другой-третий каштан для себя – нельзя. Чином не вышел. Хорошо бы новую звездочку получить поскорее, но у него на поскорее денег нет. Общим порядком. Образцово нести службу. А тут – катастрофа с дроном. И непонятная катастрофа. Только дрон залетел в указанный район, как сигнал пропал. То есть совершенно. Он дал команду на экстренное возвращение, а потом, когда прошло десять минут, а от дрона не слуху, ни духу, сработал – вернее, должен был сработать – контур самоуничтожения. Заметания следов. Будто кому-то это нужно – следы заметать. От кого? И зачем? Но таков приказ.
