Есть почти перестал, пил только чай и кофе, много курил. Вечером в пятницу занялся приготовлением «амуниции» – достал из шкафа утепленную куртку, темную вязаную шапку, перчатки вязаные отыскал, новые – Валя теплыми вещами всегда впрок закупалась, еще с лета. Сложил в рюкзак нехитрые инструменты – пару отверток, плоскогубцы и пилу-ножовку. Кто его знает, что может пригодиться в таком деле.
– На ноги лучше кроссовки, – советовал Арсений, – вдруг убегать придется.
– Не нервируй меня! – злился Семён. – А то передумаю. Я уже сам себя преступником чувствую…
– Ну, и передумывай. Только как потом спать по ночам будешь, зная, что из-за тебя человека убили?
– Что значит из-за меня? Я что ли этого ненормального на убийства толкаю? – вспылил Семён.
– Знать, что будет беда и не предотвратить ее, считай, тоже виноват! – напирал Арсений.
– Я и не спорю, – сердито буркнул Семён. – Просто очень уж на душе гадко из-за этого всего.
– Ничего, зато потом хорошо будет.
Ночью Семёну не спалось. Он представлял, как его ловят в чужом доме с поличным, представлял лица Татьяны и ее гостя Стаса, когда они его увидят, а он даже объяснить внятно не сможет, зачем явился. Представлял, как столкнется нос к носу с сообщником Стаса, и он просто пустит в него пулю из пистолета с глушителем, а потом закопает где-нибудь в лесу – кто будет искать одинокого вдовца, о котором даже побеспокоиться некому?
От переживаний у Семёна крутило живот, и он несколько раз вставал в туалет. Задремал только под утро тревожным неглубоким сном, который, впрочем, длился недолго. Его разбудил Арсений:
– Вставай! Надо выдвинуться пораньше!
Семён оделся, положил в карман куртки Татьянину купюру, перед выходом сделал глоток вчерашнего чая, и не запирая двери с нервной надписью «Не принимаю. Заболел», зашагал по дороге в сторону трассы.
Добираться в город решили на попутке. На автобусе или маршрутке было рискованно, не стоило лишний раз попадаться на глаза любопытным местным. К счастью, по пути до трассы ему никто не встретился. Семён, сопровождаемый невидимым наставником, уверенно шагал по обочине шоссе в сторону города.
– Вот и попутка наша, – сказал Арсений. – Давай!
Темная точка на утренней туманной трассе становилась все крупнее, потом отчетливо показалась голова «Камаза», тянувшая за собой грязно-белый контейнер. Семён остановился и вытянул в сторону правую руку. Проехав мимо Семёна, грузовик тяжело затормозил.
– Куда тебе? – высунулось из кабины усатое лицо водителя.
– До города! – крикнул в ответ Семён.
– Садись!
Семён забрался в кабину, и они поехали. Водитель всю дорогу молчал, ни о чем Семёна не расспрашивал, чему тот был очень рад.
Спустя примерно полтора часа они въехали в город. Семён достал деньги и положил их на панель.
– Спасибо!
– Ну, бывай! – хмыкнул в ответ водитель.
Семён выбрался из кабины, когда фура скрылась из виду, молча закурил.
– Ну, и куда нам дальше?
– Достань Татьянину денежку, – скомандовал Арсений.
Семён выудил из кармана купюру, сложенную вчетверо. Новенькая, хрустящая, с запахом благополучия купюра легла на раскрытую ладонь Семёна небумажной тяжестью – порывы ветра от проносящихся мимо машин ей были нипочем. Ладонь Семёна стала привычно горячей – тепло исходило от купюры, которая выражала готовность к работе.
Семён вернул деньги в нагрудный карман и в ту же секунду почувствовал, как его что-то тянет, требует идти вперед.
Семён позволил этой силе вести себя – сначала вперед до ближайшего перекрестка, затем через дорогу, а потом мимо каких-то заброшенных построек. После его привело на оживленную городскую окраину, по дороге в несколько рядов сновали туда-сюда машины и автобусы, между которыми юрко лавировали мотоциклисты в разноцветных шлемах.
– Стой, дай хоть дух перевести! – Мысленно попросил он неведомую силу.
Напряжение в районе нагрудного кармана несколько спало, позволив Семёну с полминуты постоять на месте и отдышаться. После короткой передышки его потянуло дальше. На перекрестке они повернули куда-то налево, спустя примерно километр, Семён увидел, что перед ним раскинулся густой зеленый парк – яркий кусочек природы на фоне замызганного осеннего города.
Как только Семён очутился в парке и зашагал по аккуратной дорожке, посыпанной мелким гравием, все его беспокойство по поводу предстоящего резко улетучилось, а дыхание, несмотря на быструю ходьбу, стало ровным и уверенным. Вдоль дорожки с обеих сторон возвышались ели, по которым то там, то здесь в поисках съестного сновали запасливые белки. Легкомысленно чирикали птицы, а когда они замолкали, было слышно, как ритмично стучит по дереву дятел.
Мимо Семёна проколесила на велосипеде какая-то женщина в темных очках. Потом навстречу попался пожилой мужчина, который вел за руку маленькую девочку, наверное, внучку. А Семён все шел и шел, без конца куда-то сворачивая и не чувствуя ног от усталости. Наконец, невидимый проводник остановил его возле какой-то скамейки и, почти толкая, велел ему сесть. Семён плюхнулся на лавку без сил.
