Испытания. Земли Ордена полностью

— А что, чтобы считаться другом, обязательно нужно каждый день появляться в этом доме? Я старый друг Дараи, которого она просила присмотреть за её делами в случае беды. Её контракт выгорел, а значит, беда случилась.

Здоровяк усмехнулся, расправил плечи и покачал головой:

— Простите за прямоту, старший, но вы не торопились, как я погляжу.

Я кивнул, принимая упрёк, и сказал:

— Полсотни вдохов назад, когда восприятие показало мне сорванные с петель ворота, я действительно думал, что опоздал. Но теперь твёрдо уверен, прибыл ровно вовремя. Небо видит всё. Я же, — повёл рукой от замершего у стены Таврия до парочки на пороге дома, — вижу, как отделились верные от предателей. Разве это не стоило задержки?

— Вам видней, старший, — пожал плечами здоровяк. — Меня не сильно волнует, что там видит Небо и другие. Я Ламур, старший, — стремительно согнулся он в приветствии, а выпрямившись, добавил, — и я слежу, чтобы выполнялись правила и заключённые с моим союзом контракты. Буква записанного в них, если быть точней. И если вы друг, который должен присмотреть за делами умершей госпожи Дараи, то вы возьмёте на себя её обязательства. Верно я понимаю?

Я кивнул:

— Верно.

Таврий облизал губы, отлип от стены и шагнул ближе к здоровяку, а мой талант донёс до меня то, что не было мне предназначено:

— Господин Ламур, да как же так? Мы же с вами о другом договаривались.

— Это было до того, как здесь появился Властелин, недоумок. Держи язык за зубами, с твоими убогими навыками забудь о мыслеречи!

Таврий вздрогнул, покосился на меня. Зато заговорила другая:

— Что, Таврий, задёргался, почуял, что тебе ничего не достанется? Поделом тебе, надеюсь, никто лет десять не наймёт такую гниль.

Мне не было дела до их обид и отношений. Меня волновало своё, и упрёк, который прозвучал раньше в мою сторону, был справедлив, и моё восприятие потекло дальше, проникая в щели под дверью, в окнах, проходя сквозь стены, заполняя собой весь дом.

Где? Где она?

Вот она, — через пять вдохов пришёл ответ и принёс мне облегчение.

В комнате, что выходила окном в крошечный боковой дворик в пять шагов шириной, лежала девочка. Маленькая, бледная, спящая, но живая и невредимая, ровно и спокойно дышащая.

Я окончательно успокоился и выдохнул.

— Старший, — повёл рукой Ламур, намекая на всё ещё клубящуюся вокруг них мою силу. — Не находите это излишним?

Я кивнул и втянул обратно духовную силу, подтолкнул его в нужную сторону:

— Хотелось бы услышать про обязательства.

Ламур улыбнулся:

— Видите ли, старший…

Но его перебил сильный и злой голос:

— Что за представление вы тут разыгрываете перед нами⁈

— Шадок! — попыталась осадить стоящего рядом с ней темноволосого мужчину Индара.

Но тот только вновь катнул желваки по скулам и дёрнул плечом, сбрасывая её руку, а через миг вновь зло спросил:

— Какой ещё возникший из пустоты друг? Я — единственный друг Дараи, и никакого другого у неё не было.

Я безразлично ответил:

— А я вот никогда не слышал про тебя. Это ничего не значит.

— Ничего не значит? Ничего не значит⁈

Вдох я вглядывался в уже его глубину силы. Властелин. Второй, может быть, третьей звезды. Понятно, почему его не спешили давить силой и числом люди Ламура. Сам Ламур вряд ли сильней, и просто, и быстро никак бы не вышло.

— Поговорим позже, — толкнул я к Шадоку мыслеречь, сам же напомнил Ламуру: — Обязательства.

— Я Ламур, представитель союза Семи Могучих Братьев, — вновь с поклоном назвался здоровяк. — Четыре года назад Дарая, вольный идущий города Алый Провал, заложила вот это, — обвёл он двор и дом руками, — нашему союзу.

Я нахмурился. На уроках Ледия и Алкая мы касались таких вещей, пусть и мельком. Простыми словами, как объясняли собирателю камней из Нулевого — Дарая продала свой дом этому союзу, а затем ещё и платила за право жить в нём. «Что же, он ей больше не нужен», — решил я для себя и заметил:

— Вы хотите забрать этот дом во владение? Забирайте.

— Как забирайте? — изумилась Индара, с лица которой сползла улыбка. — А где Навея жить будет?

А вот Шадок, напротив, растянул губы в кривой усмешке и презрительно сказал:

— Об этом я и говорил. Нас на улицу выкидывают, а он помогает выкинуть. Друг? Да таких друзей… — и замолчал, кривя губы и глядя на меня.

— Не всё так просто, старший, — вздохнул Ламур. — Накопились долги, и мы должны изыскать их.

— Дарая погибла. Когда я шёл сюда, то слышал здесь слова про контракты. Контракт выгорел, с кого вы хотите изыскать деньги? — изумился я. — С последней слуги, что осталась верна, несмотря на смерть госпожи?