Отдавшись спокойнымъ размышленіямъ, Маркъ пришелъ къ тому заключенію, что за послднее время былъ сдланъ довольно ршительный шагъ впередъ, по тяжелому и мучительному пути прогресса. Среди ежедневныхъ стычекъ, страдая отъ понесенныхъ ранъ, борцы не всегда замчаютъ, сколько имъ удалось отвоевать у своихъ враговъ. Иногда людямъ кажется, что они побждены, а на самомъ дл имъ удалось значительно приблизиться къ цли. Въ Розан, вторичное осужденіе Симона можно было счесть за полный разгромъ, а между тмъ не подлежало сомннію, что нравственная побда его защитниковъ была громадна. Создалась солидарность цлой группы свободомыслящихъ людей и честныхъ сердецъ; съ одного конца свта до другого была посяна будущая жатва истины и справедливости, которая лежала пока въ земл, покрытая снгомъ, но современемъ должна была пустить здоровые ростки. Съ трудомъ удалось удержать реакціонные устои отъ полнаго разрушенія; ихъ давно источила ржавчина лжи и преступленій. Все зданіе трещало до самаго основанія, и довольно было одного могучаго удара, чтобы все распалось въ прахъ.
Маркъ жаллъ объ одномъ, что не могъ извлечь изъ потрясающаго дла Симона живой примръ добра и справедливости для массы народа и представить ему его среди грозныхъ вспышекъ молніи. Трудно ожидать встртить другой столь яркій, исключительный примръ соединенія всевозможныхъ злобныхъ вліяній, направленныхъ къ уничтоженію одного человка, невинность котораго являлась опасной угрозой для цлой шайки эксплуататоровъ, захватившихъ власть въ свои руки. Въ этой шайк были и клерикалы, и солдаты, и чиновники, и высшіе представители власти, которые всми силами стремились сохранить свое вліяніе на толпу суеврнаго народа и продолжать свою пагубную дятельность, пока судьба не столкнетъ ихъ въ цлый океанъ грязи, въ которомъ они должны задохнуться. Благодаря длу Симона, страна раздлилась на два лагеря: съ одной стороны находилось старое общество, имвшее власть въ своихъ рукахъ, но совершенно сгнившее отъ язвъ лжи и преступности; съ другой — молодое общество будущаго, уже освобожденное отъ лицемрныхъ суеврій, стремившееся къ высшей правд и справедливости. Еслибы невинность Симона была признана, то реакціонное большинство было бы убито однимъ взмахомъ, и будущее сразу же открыло бы свои врата въ сторону свта, истины и мира. Весь народъ былъ. бы подхваченъ одною общею волною безграничнаго восторга. Дло Симона въ нсколько часовъ сдлало бы больше для эмансипаціи народа, чмъ сто лтъ самой горячей политической борьбы. Сознаніе того, что побда не удалась, что великолпное твореніе разбилось въ рукахъ борцовъ, должно было наполнить ихъ сердца жгучимъ и неизгладимымъ отчаяніемъ.
Но жизнь шла своимъ порядкомъ, — надо было снова бороться, бороться безъ конца, идти впередъ шагъ за шагомъ. Среди сренькой и неинтересной будничной дйствительности надо было отдавать свою кровь капля за каплей, не ожидая даже когда-нибудь присутствовать при конечной побд. Маркъ готовъ былъ на цлый рядъ новыхъ жертвъ, не надясь добиться того, чтобы невинность Симона была признана законнымъ порядкомъ и торжественно объявлена во всеуслышаніе всему народу. Онъ сознавалъ, что теперь не время поднять это дло и добиваться новаго пересмотра: страсти до того разыгрались, что можно было ожидать новыхъ гнусныхъ интригъ, которыя снова собьютъ съ толку правосудіе, съ цлью погубить презрннаго жида. Надо было ожидать, пока нсколько наиболе вліятельныхъ лицъ изъ участниковъ этой драмы сойдутъ со сцены, пока произойдетъ измненіе въ состав партій и создадутся новыя политическія вянія; только тогда правительство могло бы взяться за это дло и вырвать эту позорную страницу изъ лтописи народной жизни. Давидъ и Симонъ сами были убждены въ несвоевременности всякой новой попытки и ршили терпливо ждать ршительной минуты, скрытые въ своемъ убжищ въ дикихъ ущельяхъ Пиренеевъ. Пока продолжалось это принудительное выжиданіе, Маркъ ршилъ отдаться снова всецло своей миссіи, на которую возлагалъ такія благія надежды; просвщая малыхъ сихъ, поучая ихъ дйствительному, реальному знанію, онъ подготовлялъ будущія поколнія къ пониманію истины и справедливости. То хорошее, что ему приходилось наблюдать, создалось благодаря толковому преподаванію; а дти и дти дтей его бывшихъ учениковъ сумютъ еще лучше разобраться въ жизни, освободившись отъ суеврія и лжи, и имъ удастся, быть можетъ, возстановить честь невиннаго страдальца. На Марка нашло большое душевное спокойствіе; онъ надялся на эти грядущія поколнія, обновленныя, возрожденныя, которыя сумютъ создать и обновленную Францію, великодушную заступницу за всякое попранное право.
