— Господа, — обратился Бенедикт к партнерам по игре. — Прошу извинить меня и леди Норфолк, но, к сожалению, нам придется прервать эту игру. Сегодня был слишком жаркий день, и я думаю, для моей жены это не прошло бесследно. Пожалуй, сейчас нам лучше подняться в номер и отдохнуть. Если позволите, мы покинем вас.
Пожилая пара тут же заверила его, что в данном случае это будет самое верное решение.
Бенедикт подошёл к Джейн и помог ей подняться, а потом, придерживая за локоть и талию, вывел из зала.
Ни Бенедикт, ни уж тем более Джейн, не видели, как прекрасная пара глаз неотрывно следила за ними, пока они не скрылись за дверьми зала.
Патриция обладала тем редким даром, когда ей было достаточно лишь беглым взглядом окинуть комнату, и ни на ком по долгу не задерживать свой взгляд, чтобы определить, кто уже успел попасться в ее сети, а кто нет.
Почти сразу, как она уселась на диван, ее внимание привлек высокий джентльмен с прекрасными кудрями, которым могла позавидовать любая модница. Он сидел за столом и не сводил влюбленных глаз с сидящей напротив девушки.
Со своего места Патриция с легкостью рассмотрела его внешность. Нет, он не был красив, но его гордая осанка и умение держать себя говорили о высоком происхождении. Стоило ей только спросить, кто этот господин, как тут же получила ответ. Это был герцог Норфолк.
Помимо самого мужчины, ее внимание привлекла и его спутница, которая на удивление обладала необычайной красотой. Графине так же любезно сообщили, что этой девушкой оказалась леди Джейн, с которой всего несколько дней назад лорд Бенедикт сочетался браком.
Патриция отметила, что хотя герцогиня и была очень красива, но при этом обладала красотой другого рода. Она походила на невинного ангела с большими зелёными глазами, персиковой кожей и пухлыми губами. Такие соблазняли мужчин чистым взглядом и наивным личиком. Они вызывали желание оберегать их и носить на руках. За то вот красота Патриции была совсем иной — броской, порочной, бесстыдной. От одного ее взгляда мужчины теряли голову и сгорали от низменных желаний. Они были готовы пожертвовать деньгами, именем, женой, даже детьми, ради ночи с ней. А она пользовалась ими, а потом безжалостно выкидывала из своей жизни. Особенно сильно ее забавляло, как потом такие мужья вновь приползали к своим обманутым женам и умоляли простить их. И женщины всё им прощали и принимали обратно. Все эти семьи вызывали в ее душе презрение и брезгливость. Какими бы титулами они не обладали, но она считала их отребьем, без гордости, самоуважения и чувства собственного достоинства.
Патриция знала себе цену и быстро определила герцогиню Норфолк в соперницы. Некрасивый муж по уши влюбленный в свою жену и не сводящий с нее глаз, разве может быть для нее более желанный трофей? Нет ничего заманчивее, чем увлечь такого мужа и сделать его своим поклонником, чтобы он, ради нее, забыл обо всем, в том числе и о своей прекрасной жене. Именно из таких мужчин получались самые страстные и искусные любовники. Уже сейчас Патриция понимала, что для нее это будет трудная победа. Но в этом-то и была вся прелесть! Пока ещё никто, ни один верный муж не устоял перед ней. Все они валялись у нее в ногах. И чем скорее они сдавались, тем быстрее она теряла к ним всякий интерес.
«Бенедикт Норфолк» — с лёгкой улыбкой на лице повторила она его имя. Теперь ее пребывание в стране станет куда интереснее.
Глава 23(1)
Бенедикт помог Джейн опуститься на постель и положив ей руку на лоб, задумчиво уставился в сторону, стараясь определить, есть у неё температура.
— По-моему, стоит позвать доктора. Могу ошибаться, но похоже что у тебя жар.
Джейн покачала головой.
— Нет, не надо никого звать. Просто сегодня был жаркий день, да и в гостиной было слишком душно. Всё, что мне сейчас нужно, это холодный компресс и покой.
Бенедикт с сомнением смотрел на нее.
— Ты уверена, что доктор не нужен? А если это простуда?
— Нет, это не простуда, — твердо заявила она. — Со мной и раньше уже не раз такое случалось, когда я слишком много времени проводила на солнцепёке или в душной комнате. А здесь случилось и то и другое. Вот увидишь, завтра всё будет в порядке и от недомогания не останется и следа.
Бенедикт ещё какое-то время оценивающе смотрел на нее, решая, как ему стоит поступить.
— Тогда я позову служанку. Она поможет тебе переодеться и позаботиться о прохладном компрессе.
— Хорошо, — устало ответила Джейн и прикрыла глаза, чувствуя, что разговор окончен и ей больше не нужно напрягать силы для объяснения своего состояния.
Бенедикт вышел в соседнюю гостиную и вызвал служанку.
Сидя в кресле, он с тоской думал о своем невезении. Он так сильно рассчитывал на этот вечер и поцелуй с Джейн, что теперь испытывал досаду от того, что ему снова приходилось ждать. Да, может это было эгоистично, думать о своих желаниях в то время, пока ей было плохо, но от себя не убежишь.
