Лакеи тем временем послушно приволокли стулья, и Мария порывисто схватила Ирену за руку.
– Ах, милая Ирена! Простите, что я уговорила мужа отослать вас от двора! Я была так неправа, я обязательно заглажу свою вину! Иоанн, мы загладим, правильно?
Иоанн чуточку заторможенно кивнул. Мария расплылась в улыбке.
– Ну вот, все так замечательно! Садитесь же, Ирена!
Может, если бы это проделывалось не на весь мир, Иоанн и рявкнул бы, и Марию заткнул. А что ты сделаешь, когда на тебя и свои придворные смотрят, и послы, и даже Вернер пожаловал, чтоб его…
Оставалось только улыбаться и кивать, махать и снова улыбаться.
Мария расправила юбки цвета лаванды и уселась на трон. То ли из вредности, то ли получилось так, но Фиц-Эрланда усадили возле отца, и сходство его было видно каждому, а Ирену посадили рядом с Марией, только чуть пониже. И Мария на ее фоне казалась совсем девочкой. Яркое платье, стройная фигура, шикарные локоны, в которых ни одной седой ниточки, да и все остальное: блестящие глаза, свежая кожа, улыбка… да-да, у Марии за последнее время шесть зубов выросло. Вместо выпавших до озмеячивания, или как правильно назвать оборот в гюрзу? Огюрзячивание?
Неважно!
И рядом Ирена, которая выглядит на все свои годы, да еще и с прибытком. А еще на фоне Марии она сливается в блеклое пятно. Светлое палевое платье по последней моде, светлые волосы, жемчуг и бриллианты – и Мария. Сиреневое платье, несколько цветов в черных волосах, единственное украшение – корона.
Сравнение было решительно не в пользу Ирены. Но почему-то недовольна была и Диана?
Выпятила грудь, вдернула подбородок… Ирена почуяла соперницу и напряглась. Марию она со счетов уже списала, а вот эта…
Для начала Диану смерили надменным взглядом и фыркнули.
Мария наклонилась чуть ниже и сценическим шепотом, на весь зал:
– Совершенно себя молодежь вести не умеет, мы в ее возрасте такими не были, нам и в голову не пришло бы кидаться на мужчин, вешаться им на шею, выставлять себя напоказ…
И что за эпидемия такая? Кто кашляет, кто давится…
Иоанн посмотрел на Марию, как Ленин на буржуазию.
– Зайди вечером ко мне в кабинет.
Ну, если так вежливо просят…
– Эрр Гилад, у нас проблемы.
Мужчина только рукой махнул.
– Обращайся как обычно! Что не так, Рик?
– Да все не так. Вот эти типы… ты знаешь, что такое – чернозубые?
– Знаю. Элитные воины у шагренцев.
– Думаешь, мы им нужны?
– Вряд ли. На нашу глушь им и обычных пиратов хватит.
– Вот. Потому я приказал голову засыпать солью и отослать в столицу. Рассказ Томаса записал, отослал градоправителям… всем соседям, короче.
– Правильно сделал.
– Я не знаю, куда они движутся. Но точно знаю, что нам такое в Картене не надо!
– И это правильно.
– Не к добру эта сволочь у нас объявилась. Точно – не к добру!
И градоправитель кивнул головой. Вот уж точно… неспроста. А об остальном пусть думают, кто поумнее него!
– Награду охотнику выдай, заслужил.
– Уже. Думаю, и сами внакладе не останемся. Я отписал, как положено, патрулировали берег и лес, наблюдатель в «секрете» заметил, проследил, чудом унес ноги…
– Вот и отлично. А я еще денег попрошу под это дело на организацию патрулей. Может, и правда чего дадут, а то крутись, как хочешь!
Мужчины переглянулись и кивнули. Сработались они хорошо, эрр Гилад был из типичных воров, но умных. То есть таких, которые одним днем не жили. Он сначала овцу откормит, а потом уж будет стричь как следует. И на мясо продавать. Но – сытую, здоровую, довольную… и сам жил, и другим жить давал, и город при нем сыт-доволен, и крестьяне, и поля распаханы, и леса с дичью…
А исс Руэль предпочитал в сложный процесс добычи денег не вдаваться, зато все, что касается охраны – стражи – патрулей, у него было идеально отлажено. Так и сработались.
И сейчас друг друга отлично поняли.
Еще бы с этими шагренцами решить… сволочи! Вот что вам на своем острове не сидится? Чего вы к людям-то лезете? Одно слово – гады!
– И что это значит? – Иоанн был явно недоволен.
Мария подняла брови.
– Нет, дорогой супруг. Это я спрошу – что это значит? Ты это видел?
Свиток с предложениями полетел на стол. Иоанн развернул, глянул…
– Да, Димас мне показывал.
– То есть пиратское гнездо вы оба мне предложили в надежде, что меня там убьют? – ласково уточнила Мария. – Я уж про Анну молчу. Мне как прикажете для нее мужа искать? Среди иссов? Там такое изысканное общество? Особенно Дерек Черный?
Иоанн даже и не смутился.
– Димас не подумал.
– И ты не подумал, и он не подумал. А я умру. И Анна тоже… ладно, на меня тебе плевать, но это все же твоя дочь!
Плевать Иоанну было на дочь, это же не сын! Но если есть повод…
– Что ты сегодня устроила с Иреной?
Мария печально вздохнула.
– Я виновата перед ней. И боги покарали меня.
– Чего?
Такого ответа Иоанн не ожидал. Мария возвела наглые глаза к небу, чтобы никто не заметил, и с должным чувством поведала:
– Мы обе любили одного и того же мужчину! Но я была неоправданно эгоистична и жестока, я лишила сына Ирены отца. Может, потому и мой мальчик умер… прости…
Развернулась – и вон из комнаты. Прежде, чем Иоанн заметил, как ее корчит – от смеха.
