– У нас еще есть время. Я вернусь в Зеркальный Город. Даже если мне придется отправиться на дно ада, чтобы снять проклятие, я сделаю это и найду спасение, моя милая внучка. Обещаю, они не посмеют коснуться даже волоска на твоей голове.
Я была в замешательстве. Слова перепутались, и от них пахло кровью.
Дедушка порывисто обнял меня и, тут же отстранившись, нежно поцеловал на прощание мои волосы.
– Сейчас мне нужно идти. Прошу тебя, будь осторожна. Скрывай, кто ты, пока я не вернусь, внучка.
Он убрал руки и отшагнул. В глазах у меня все мутилось от слез.
– Дедушка…
Он сделал еще шаг назад. Его фигура расплывалась в моих заплаканных глазах. Сердце колотилось так сильно, что стало страшно: вдруг оно перестанет биться прежде, чем до меня доберется мир. Если оно разозлится еще сильнее, то в какой-то момент само вырвется из груди.
– Прошу, – молила я, а дедушка продолжал отдаляться. – Не оставляй меня одну.
Я упала на колени, когда тьма поглотила дедушку. Вокруг никого не было, но даже если бы кто-то появился, у меня уже не осталось сил ни на что.
Я долго рыдала там же, где упала на колени, пока глаза не налились кровью, вглядываясь в тьму, в которой я силилась увидеть дедушку.
Я плакала из-за неизвестности, которая ждала меня; из-за мира, который жаждал заполучить мое сердце; из-за королевств, которые охотились на меня; из-за дедушки, который закрыл проход в единственное безопасное место и ушел, оставив меня в Радужном дворце.
Я не знала, как долго проплакала на холодном мраморе. Услышав звуки со стороны сада, я спешно вытерла глаза. Мне не хотелось, чтобы кто-нибудь видел, как я рыдаю.
Когда я попыталась встать, мне помешал турнюр платья. Я споткнулась и завалилась назад, упав прямо на пятую точку. С моих губ сорвался полный боли стон, и я опять заплакала, на этот раз от обиды.
Голоса приближались, я снова попыталась подняться, стараясь подавить жалобные стоны. Мне было очень тяжело, но я все-таки встала, подобрала все юбки и сломя голову побежала к дворцовым воротам.
Я не останавливалась до самой своей комнаты. Я знала, что в коридорах никого не встречу, поэтому и по дворцу бежала так же быстро. Моя комната находилась справа от лестницы на втором этаже, сразу за колоннами.
По обе стороны двери стояли небольшие статуи голубков, а над ними – настенные подсвечники. Я влетела в комнату и захлопнула дверь, прислонившись к ней спиной. От долгого бега я тяжело дышала.
Немного успокоившись, я в раздумьях прошлась по комнате, проклиная платье, которое при каждом моем шаге нарушало тишину противным шорохом. Внезапно меня осенило – и я застыла на месте.
– Вот же сволочь!
Я ринулась к зеркалу и резко дернула две верхние пуговицы своего платья, едва не оторвав их. Дрожащими пальцами я коснулась клейма, черным пятном расплывшегося на груди.
Ариен слышал весь наш разговор с Аясом во время банкета и держал связь со мной через клеймо. То есть… То, о чем мы только что разговаривали с дедушкой, его признания… Вот же… Сволочь!
Сволочь, сволочь, сволочь!
Сегодня я собственноручно подписала себе смертный приговор. Дедушка хотел уберечь меня во что бы то ни стало, я же с первой минуты выдала себя с головой.
Слышал ли все это Ариен?
Узнал ли он, кто я на самом деле?
Станет ли он тем, кто убьет меня?
Лорд Ариен… Палач избранной, спаситель мира… Тот, кто положит пророчеству конец, тот, кто даст миру новую жизнь… Лорд, который дает жизнь и отнимает ее… Лорд королевства, которое охотится за моим сердцем…
Мой взгляд тревожно блуждал по комнате и остановился на открытой двери террасы. Я смотрела, как пламя свечей мерцало на ветру в такт развевающемуся белому тюлю, и чувствовала, что у меня нет сил даже вдохнуть.
Ужас пробрал меня до костей, и комната наполнилась вороновым граем. Я вскрикнула. Это он. Он пришел забрать мою жизнь. Он собирался избавиться от проклятия и от меня, вырвав мое сердце.
Я отбежала от зеркала, стараясь ступать осторожно, как кошка.
Топот лап ворона эхом отдавался в мраморе террасы. Пока он раздумывал, войти ли, я в ужасе ждала, что он набросится на меня.
Ариен собирался убить меня в облике ворона?
Или хотел предстать передо мной во всей своей божественной красоте, смотреть иссиня-черными глазами и ждать, пока я испущу последний вздох?
Я сглотнула и отшатнулась. Воронов грай усилился. Он перешел в крик, из крика – в причитания, а из причитаний – в вопли…
В голове все смешалось. На террасе что-то взорвалось. Огонь заполнил комнату, а тени дрогнули, словно от страха.
Он обратился. Шаги на террасе стали человеческими.
– Рена.
Этот голос… Энфер!
Верно, Ариен ведь говорил, что не может принимать другой облик, что это особенность лорда Родаса и подданных его королевства, а сам он никогда не опустится до такого. Я помнила его высокомерный тон.
– Энфер? – прошептала я.
Я не знала, что было нужно Энферу. Но так даже лучше, чем если бы это оказался Ариен. Хотя, возможно, Энфер пришел, чтобы отвести меня к Смотрителю Кошмаров.
– Рена? – сказал он еще тише, словно промурлыкав мое имя. Он шагнул в комнату, а я перестала дышать от страха. – Вот я и нашел вас.
