Он согнулся напополам: теперь избитое лицо Кука почти касалось песка. Вдруг из самой глубины его нутра вырвался вой, нарушивший тишину приближающегося рассвета.
– Адам, это я. Мерси, – сказала я мягко, пытаясь его успокоить.
– Я знаю, кто ты такая, и знаю, что ты из себя представляешь. А теперь убирайся прочь!
Хотя Адаму не удалось подняться с колен, руки его сжались в кулаки. Правая была чуть выше, готовясь нанести удар, а левая опустилась, служа защитой. Он решил буквально пробиваться сквозь меня, если я не выполню его требований. Я попятилась. Адам медленно встал. Его мышцы судорожными подергивались.
– Где мы? – спросил он и принялся озираться по сторонам. Его взгляд упал на темный заброшенный маяк, возвышавшийся неподалеку от нас.
– Это не Саванна и не Тайби-Айленд.
– Да, – согласилась я.
Это действительно был не курортный городок Тайби-Айленд с его мотелями и сувенирными магазинчиками. Перед нами раскинулся пустынный берег острова Хантинг. Хотя добираться сюда из Саванны надо меньше часа, Айрис часто привозила нас с Мэйзи в эти места, когда мы были маленькими. Я не знала, оказались ли мы здесь случайно или Эмили с Джо выбрали Тайби намеренно.
– Мы в Южной Каролине, но я могу вернуть тебя домой, – произнесла я.
По крайней мере, я надеялась, что у меня все получится. Я никогда еще не перемещалась на столь большие расстояния. Кроме того, это станет моей второй попыткой захватить с собой пассажира.
– Но мне надо до тебя дотронуться.
– Нет! – отрезал Адам, отшатываясь от меня и скривившись от боли. Его правый глаз заплыл окончательно. – Нет. Я не хочу иметь со всеми вами ничего общего! – крикнул он. – Твоя мать надела мне на шею удавку, – добавил Кук, потрясая передо мной кулаками. Он опустил их и сверкнул на меня единственным хоть немного видящим глазом. – Я чернокожий, Мерси. Тебе не понять…
– Не надо! Я знаю, что она – чудовище. Мне очень жаль, что она мучила тебя, Адам! Пожалуйста, позволь мне забрать тебя к Оливеру. А Эллен тебя исцелит.
Он замотал головой.
– Конечно, ты хочешь сделать все как лучше, Мерси… Ты не такая, как твоя мать, но я тебе не доверяю.
– Ладно, тогда оставайся здесь и позволь мне позвать дядю Оливера, – предложила я.
Однако Адам заупрямился.
– Нет. Теперь я догадался, что есть в вас, Тейлорах, – он пытливо всматривался в меня, словно он пытался заглянуть под какую-то маску, а затем резко отвернулся. – Я вас раскусил, но мне это невыносимо.
Я ничего не ответила Адаму: сквозь шум прибоя до меня донеслось уже знакомое рычание, которое я слышала в каменном коридоре. На лесной опушке, озаренной луной, появился оборотень Джо. Волк подошел к нам совсем близко и сел на землю. Он явно ждал, что мы бросимся от него наутек, и предвкушал погоню за добычей. Тело Адама завибрировало: тряслось от холода, дрожало от волны адреналина.
– Не двигайся! – слишком поздно прошипела я.
Адам стремительно побежал прямо к маяку. Волк покосился на меня: в его янтарных глазах вспыхнуло торжество. Передняя лапа замерцала и вытянулась, превращаясь в мохнатую человеческую руку. Я смотрела, как продемонстрированные Джо пять пальцев по одному пригибаются к ладони. Он вел отсчет, давая Адаму фору. А потом человеческая рука опять съежилась до волчьей лапы. Джо огласил темноту воем, подпрыгнул и начал преследование.
Я понеслась за ними, не обращая внимания на боль в ступнях: песок сменился деревянными плашками, а вскоре и асфальтом. Я притормозила на дороге, чтобы сориентироваться, но Адам и волк уже бесследно исчезли. Крутанувшись на месте, я решила использовать магический поиск, надеясь обнаружить Адама, но внезапно из неработающего маяка вырвался луч света, заливший мир вокруг меня. Я увидела силуэт своей матери. Эмили стояла на наружном помосте, который был выстроен вокруг сигнального фонаря, выкрашенного черной краской. Молясь, чтобы Адаму удалось спрятаться в каком-нибудь убежище, я закрыла глаза и телепортировалась к белому основанию маяка.
Я прекрасно знала эту местность: что ни говори, а я множество раз забиралась на самый верх башни. Сейчас дверь оказалась широко распахнута настежь. Свет – не менее яркий, чем луч самого маяка, – лился из проема и отражался от золотых цифр «1873», которые украшали вход. Я поставила ногу на первую ступень – и тотчас отдернула ее, почувствовав на коже липкую влагу. Это была кровь, стекающая по лестнице тонкой струйкой. Я стала осторожно подниматься по ступенькам, стараясь не наступать на густую темную жидкость.
Очутившись в башне, я обнаружила еще больше крови. Целая лужа собралась у основания винтовой лестницы, которая вела к наружному помосту, где только что находилась Эмили. Еще одна капля крови упала сверху, шлепнувшись рядом со мной. Я задрала голову, но ослепительный свет и изгибы сужающейся лестницы закрыли от меня весь обзор.
В башне царила абсолютная тишина. Звуки моих шагов звучали так громко, будто я ударяла кувалдой по металлическим сетчатым ступеням маяка.
– Милая! – прозвучал в моем сознании голос Эмили. – Мы тебя ждем!
