Но я занервничала и не могла усидеть на месте. В конце концов я вскочила и принялась рассматривать листовки о розыске, приколотые к доске объявлений. На всех фотографиях были изображены объявленные в розыск убийцы. Наверное, в коронерском офисе это оправдано. Один парень мог похвастаться татуировками, покрывавшими его физиономию целиком. Его безумный взгляд напомнил мне снимок печально известного Чарльза Мэнсона. Достаточно было заглянуть в его глаза – и сразу становилось понятно, что они принадлежат безумцу. Наверняка он наслаждался чужой болью и отчаянием. У меня по спине побежали мурашки, и я вернулась к Оливеру.
– Они… они чудовища, – пробормотала я и обхватила себя обеими руками.
Оливер был занят: он отвечал на электронные письма.
– Они уже мертвы, – сказал он, оторвавшись от телефона. – Здесь собрана коллекция снимков серийных убийц, вскрытие которых проводили в коронерском морге.
«Просто прелесть!» – подумала я.
И как раз в эту секунду Адам влетел в комнату и шлепнул перед нами картонную папку.
– Открывайте! – буркнул он.
Оливер послушался, а затем поспешно захлопнул папку.
– Мерси не стоит на это смотреть, – заявил он, замотав головой
– Она видела вещи и похуже, – парировал Кук и подсунул мне содержимое папки.
– Боже мой! – воскликнула я.
Мое горло обожгло желчью. Я не могла отвести взгляда от свежих снимков Педера, сделанных в морге. Бедный «настоящий» Питер! (Я называла его так, отличая родного сына Клер от эльфийского потомка, за которого согласилась выйти замуж.) Что бы Адам ни говорил, зрелище оказалось гораздо хуже, чем я могла себе вообразить. Даже труп Такера меня настолько не шокировал! Ведь искалечила Педера именно я!
В итоге я разрыдалась.
– Адам, прекрати! – рявкнул Оливер, пряча от меня фотографию.
– Тогда объясните мне, что происходит, – потребовал Кук.
Оливер мысленно приказал мне молчать.
– Скажите мне правду ради разнообразия, – продолжал Адам, уставившись на меня в упор. – Никакой лжи, никаких сказок. Хоть раз не крутите. Не притворяйтесь. Выложите мне все как есть.
– А ты вообще чего от нас ждешь? – откликнулся Оливер, перетягивая внимание Адама на себя.
Адам крепко стиснул кулаки и скрипнул зубами.
– Ладно. Давайте я приму ваши условия игры. У меня в морге – два изуродованных тела, – произнес он.
Получается, что Берди действительно не нашли! Что бы Оливер ни сделал, ее труп удалось спрятать – по крайней мере на некоторое время.
– А сегодня я нахожу вас здесь – рядом с обезображенным трупом! – выкрикнул Кук. – Коронер не может с абсолютной уверенностью утверждать, что преступление совершил один и тот же человек, хотя, совершенно очевидно, что было использовано оружие одного типа. Но вот вопрос – какое оружие? Коронер не знает.
Адам грохнул кулаками по столу. Я невольно подскочила. Оливер не дрогнул.
Адам направился в угол комнаты. Стоя к нам спиной, он воздел руки вверх, растопырив пальцы, будто ветки. Со вздохом бессильного раздражения снова повернулся к нам.
– Про меня можно много чего сказать, но дураком меня назвать нельзя. Я чую магию, а у нас в Саванне главные ведьмаки – Тейлоры.
Оливер с непроницаемым видом откинулся на спинку стула. Я заметила, что из-за работы кондиционера руки у него покрылись гусиной кожей, а светлые волоски встали дыбом.
– Оливер, прекрати от меня отгораживаться, иначе у нас нет никакой надежды на совместное будущее!
Оливер моментально перешел от хладнокровия к ярости. Он встал, оперся на стол и ткнул пальцем в Адама.
– Хватит меня шантажировать. Если я что-то от тебя скрываю, то, значит, на это есть причины.
– А я чином не вышел? – спросил Адам, гневно шагнув к нему.
– Верно, – усмехнулся Оливер. – Что ж, Конфетка, пожалуй, нам пора домой.
Оба нависли надо мной, готовые порвать в клочья все то, что только начали заново вместе выстраивать.
– Сядь, дядя Оливер, – пролепетала я.
Он посмотрел на меня, явно не понимая, чего я добиваюсь. Тогда я выбрала иную тактику.
– Повторяю: сядь, – решительно сказала я. – И ты тоже, – обратилась я к Адаму.
Они замерли: каждый дожидался, чтобы первым меня послушался другой.
– До чего вы друг другу подходите! Пара ослов! – рассердилась я, и моя энергия вырвалась на свободу.
Но я не могла поступить иначе; кроме того, вся эта чушь мне порядком надоела. У меня отекли ноги, пояс брюк впивался в живот. И мне дико хотелось мороженого! В результате я без малейшего усилия подняла в воздух двух крупных мужчин и обрушила упрямцев обратно на стулья.
– Это и есть магия, – сказала я Адаму.
Он округлил глаза. Потом выпрямился и провел тыльной стороной ладони по губам и щекам, как будто пытался стереть с лица потрясенное выражение. Куда девалась способность к самоконтролю?
– Не получится, – сообщила я ему.
– Что не получится?
– Управлять событиями, – пояснила я. – Ты пытаешься сунуть нос за завесу, которую Оливер старается перед тобой удержать, и делаешь это исключительно ради своего самолюбия. Но ты не командуешь и не разбираешься в происходящем, Адам.
– Уймись, Мерси, – урезонил меня Оливер. – Сбавь обороты.
