| Well, I was surprised, I didn't give him enough credit, I guess, but it seems he could make a nice gesture on occasion. | Признаюсь, я не ожидал, я недооценил его, но оказывается, и он при случае был способен на широкий жест. |
| He's left everything to you ... Pretty grand, isn't it? | Он завещал всё тебе... Душевно, не правда ли? |
| Now you won't have to worry about investment when we make arrangements for ... | Теперь тебе не придётся беспокоиться об учредительском взносе, когда мы займёмся... Что такое, Питер?.. |
| What's the matter, Peter? ... Peter, my boy, are you sick?" | Питер, мальчик мой, тебе плохо?.. |
| Keating's face fell upon his arm on the corner of the desk. | Китинг уронил голову на руку, лежащую на столе. |
| He could not let Francon see his face. | Он не мог допустить, чтобы Франкон видел сейчас его лицо. |
| He was going to be sick; sick, because through the horror, he had caught himself wondering how much Heyer had actually left ... | Его сейчас вырвет. Вырвет потому, что при всём ужасе ситуации он поймал себя на мысли: а сколько же всё-таки ему оставил Хейер?.. |
| The will had been made out five years ago; perhaps in a senseless spurt of affection for the only person who had shown Heyer consideration in the office; perhaps as a gesture against his partner; it had been made and forgotten. | Завещание было составлено пять лет назад. Вероятно, под влиянием минутного приступа симпатии к единственному человеку в бюро, который отнёсся к Хейеру с расположением. Возможно, это был жест, направленный против партнёра. Завещание было составлено и забыто. |
| The estate amounted to two hundred thousand dollars, plus Heyer's interest in the firm and his porcelain collection. | Наследство включало в себя двести тысяч долларов, а также пай Хейера в фирме и его коллекцию фарфора. |
| Keating left the office early, that day, not hearing the congratulations. | В тот день Китинг рано ушёл со службы и не стал выслушивать поздравлений. |
| He went home, told the news to his mother, left her gasping in the middle of the living room, and locked himself in his bedroom. | Он отправился домой, рассказал матери о новостях, оставил её переживать восторги в гостиной, а сам заперся в спальне. |
| He went out, saying nothing, before dinner. | Перед ужином он ушёл из дома, не сказав ни слова. |
| He had no dinner that night, but he drank himself into a ferocious lucidity, at his favorite speak-easy. | В этот вечер он ничего не ел, но много пил в своём любимом баре. |
| And in that heightened state of luminous vision, his head nodding over a glass but his mind steady, he told himself that he had nothing to regret; he had done what anyone would have done; Catherine had said it, he was selfish; everybody was selfish; it was not a pretty thing, to be selfish, but he was not alone in it; he had merely been luckier than most; he had been, because he was better than most; he felt fine; he hoped the useless questions would never come back to him again; every man for himself, he muttered, falling asleep on the table. | Опьянение принесло беспощадную ясность сознания. Он клевал носом над стаканом, но рассудок его был ясен. Китинг испытывал нечто похожее на просветление. Он внушал себе, что терзаться незачем. Он сделал то, что на его месте сделал бы любой. Кэтрин сказала, что он эгоистичен. А кто же не эгоист? Быть эгоистом некрасиво, но не один же он такой. Просто ему повезло больше других. Повезло, потому что он лучше других. Он чувствовал себя прекрасно. Оставалось только надеяться, что бесполезные вопросы и сомнения больше не станут одолевать его. "Каждый за себя", - пробубнил он и заснул, уронив голову на стол. |
