– На первый взгляд он кажется весьма приличным мужчиной, почти джентльменом. Но, разговаривая с ним, следует взвешивать каждое слово и любую мысль, даже мимолётную. Потому что он – демон. И он на самом деле опасен. Однако, это не важно. Он – мой отец, и я его даже люблю. И ради меня он готов разорвать на части кого угодно, уничтожить любой мир и свергнуть любого правителя. Но он всегда знает, что для меня лучше, понимаешь? Совершенно не интересуясь моим мнением. И это происходило до тех пор, пока я не вырос и не научился давать ему отпор. И физически, и магически. Согласись, драться с собственным отцом – это как-то слишком. Меня же зовут не Люк Скайуокер.
Они снова нервно захихикали, вжимаясь друг в друга.
– Понимаешь, мне не слишком нравилось принимать участие в мессах и жертвоприношениях. Сама понимаешь, для ребёнка это было травмирующий опыт. Да и человеческое обличье мне нравилось гораздо больше – взыграли гены моей матери. Моя мать была Тёмной феей, которой больше нравилось летать, чем совершать массовые убийства.
Он уже по-настоящему обнял её, и она вцепилась в него обеими руками, не желая никуда отпускать. И пусть весь мир подождёт, взорвётся, осыпется пеплом – ей было плевать на всё в эту яркую секунду.
– Зато я усвоил, что мир переполнен жестокостью, а жизнь может быть ужасной. Однако, смерть ещё хуже. А этот умник Ангелус, – его передёрнуло от омерзения, – почему-то посчитал, что сын сильнейшего демона тоже обязательно будет вести себя, как демон. Хотя у меня и в мыслях не было подобных пакостей. Хотя мне кажется, что с Ангелусом многие согласны даже в моей фирме. К примеру, Асмодей, который вроде как мой друг, ученик и тому подобное.
– Ты идиот! – выкрикнула Алла и от души шлёпнула ему ладонью по плечу. И в бешенстве уставилась на него. – Если бы хоть кто-то из нас думал так про тебя, то никто бы не подписывал контракты, отдавая тебе свои души. Неужели ты не чувствуешь нашу поддержку? Я не говорю абсолютно обо всех людях и нелюдях, которые работают на тебя. Я имею в виду твою команду. И меня с Никой, конечно. Из нас, я уверена, никто про тебя так не думает. Ну, про то, что ты – демон. Хотя все об этом и так знают.
Алла окончательно запуталась и немного отстранилась, чтобы думать мозгом, а не другими частями тела, отвлекаясь на вожделение.
– Спасибо, – очень нежно улыбнулся Леопольд. Протянул руку и взъерошил ей волосы.
Обычно Алла ненавидела, когда её трогали за волосы и создавали из идеально уложенных прядей воронье гнездо. Но любые его прикосновения пробуждали в ней так много положительных ощущений, что она даже боялась представить, на что может пойти, чтобы он касался её снова и снова. Или хотя бы смотрел как сейчас.
– Мне приятно, что ты не считаешь меня злодеем. Но Ангелус и его крысы из Ордена думают иначе. И чтобы я в обиженных чувствах не устроил Апокалипсис, силушку из меня выкачают всю, до капли.
– Может, ещё можно объясниться с этим Ангелусом? – не веря собственным словам, пробормотала Алла.
– С тупыми фанатиками бесполезно разговаривать! – фыркнул Леопольд. – Как с теми правильными героями, которым в нужном ключе объяснили, кто хороший, а кто плохой. Так что пользуйся, пока я ещё почти всесильный, и не сошёл с ума. И пока я добрый и действительно кого-нибудь не пришиб, – с этими словами он откуда-то достал громадную корзину красиво уложенных розовых роз с одуряющим ароматом.
– Спасибо. Я действительно люблю розы, – Алла обняла корзину, ощущая сильное желание разреветься, словно брошенная прямо у алтаря невеста.
Аромат цветов дурманил, туманил мысли и мешал признаться в любви прямо здесь и сейчас. Да и понимала она, что ему сейчас не до неё.
– Всегда пожалуйста, – улыбнулся маг. Потом посерьёзнел: – Прости, но мне пора. Дурацкая у нас какая-то беседа получилась. И я, наверное, не то хотел сказать, и ты, наверное, не о том собиралась спросить, но… Сейчас мне действительно пора. У меня тут одно срочное дело, которое нужно закончить. Кстати, и вам с Никой нужно поспешить с добычей кольца. Мало ли, придёт новый директор, и ему не понравится, что новенькие не справились с первым заданием. Может и уволить под горячую руку. Справитесь за неделю?
– Да, конечно, – уверенно ответила Алла, на самом деле ничуть не убеждённая в том, что им это удастся. Сейчас она не была уверена ни в чём. – Мы справимся! – наигранно улыбнулась она и даже кулак в воздух вскинула, как настоящая победительница.
Уже порядочно отойдя от двери, он произнёс неожиданно весёлым, игривым голосом:
– А знаешь, как ваш с Никой тандем наши сотрудники обозвали? Ещё на вечеринке. Шутя, конечно, но что-то в этом определённо есть, – он веско воздел палец: – Источник неприятностей. Вот. А теперь я действительно ушёл. Спасибо за приятную беседу и красивую фигуру, прелестная медсестричка, – он подмигнул ей.
– И тебе спасибо. За объятия, кофе, розы… А вообще, мог бы и поцеловать на прощание! – но эта фраза повисла в воздухе, потому что Леопольда в коридоре уже не было.
