– И я тоже, – ядовито заметила Галя. – Не жажду! А эти идиоты из Ордена Серых магов посмели сделать мне такое неприличное предложение! Нет, лучше уволюсь и пойду собирать навоз на конскую ферму.
– Не уволишься, – тяжело вздохнула Алла. – Потому что совести у тебя нет.
– Причём тут совесть? – возмутилась Афина. – Меня прибьют мои собственные коллеги. Ты, например.
– Или я, – охотно добавила Ника.
– Или ты, – согласилась она. – Или Асмодей. Героические братцы тоже в очередь выстроятся, как Мартин и Мрия.
– Интересно, кто мог попытаться назначить тебя главой фирмы, принадлежащей Леопольду, – вкрадчиво произнесла Ника и прищурилась. – Только Леопольд мог назначить своего преемника. То есть, Орден Серых магов собирается прибрать нашу фирму к рукам? – ядовито прошипела она, внезапно вспомнив лицензию Ангелуса в недавно посещённом ими магическом магазинчике.
– А ты спала с Леопольдом? – вдруг спросила Алла.
Афина внезапно покраснела, заёрзала, уменьшила высокий табурет до размера детского стульчика. – А что? Кто сказал, что нельзя?
– Неужели тебе его не жалко? Ты даже пальцем не пошевелишь, чтобы его спасти! Все вы одинаковые: как спать с директором, так все в очередь встают и юбки задирают, а как спасать его, то только я и Ника, которые с ним не спали! Иди отсюда, Афина! Я тебя, конечно, уважаю и где-то очень глубоко в душе даже люблю, но лучше сейчас уходи. Вот этими самыми километровыми ногами. Ты что, специально их отращиваешь?
– Кажется не у меня одной депрессия, – тяжело вздохнула Афина, вставая. Наколдованный ею стул исчез.
Ника же невольно подумала, что практически ни один маг не мог создавать долговечных вещей, только некоторые, наиболее могущественные. Например, Леопольд, Асмодей и прочая элита. Афина же была только секретаршей. Нике невольно вспомнилось, что кроме составления анимированных приглашений на совещания и праздники, Афина занималась отворотами, приворотами, любовными чарами. Поэтому-то она и занималась работой с клиентами. И те её очень любили. – Ухожу, уже ухожу.
– Ты чего? – спросила Ника, повернувшись к подруге. – Она же не виновата!
– Знаю, но меня бесит, что все тут срочно начали страдать, вместо того, чтобы поддержать Леопольда! Каждый боится за свою драгоценную шкуру, – сердито выпалила Алла, ударяя кулаком по столу. – А Лео плакал! – с надрывом вскричала она, с особенной силой впечатывая кулак в стол – и тут же зашипела от боли. Затем глухо выругалась. – А они!… Нет, у меня нет слов. Одни непристойные выражения. Я их всех поубивать готова!
Ника покивала, понимая что сейчас с ней опасно не соглашаться.
– Пошли в библиотеку, к Зорро, хоть чай нормально попьём, а то сюда ещё кто-нибудь жаловаться прибежит. Хоть табличку на дверь вешай: "Психологическая консультация", – съязвила Алла. Её несло.
Нике пришлось хватать её в охапку и тащить в библиотеку. Без карты, конечно. У неё так тряслись руки, что она бы попала куда угодно, только не к Зорро.
– Отчёт написала? – по дороге отвлекала она Аллу от печальных размышлений. Чтобы дойти до нужного места, они воспользовались припорошенной пылью лестницей. Пыль забивалась в нос, девушки изредка громко чихали.
– Ага, – пробурчала она. – Аж два раза. А ты?
– Отчёт? Да что ты! Я такое не умею. У меня и грамотность понижена. Нет, я что-то написала, и скинула по "мылу" Леопольду. А он почему-то назвал это убожество дешёвым детективом с элементами любовного романа, – деланно обиженным тоном рассказала Ника. – Но принял. Кажется, он в таком состоянии, что принял бы всё, что угодно. Но мы его спасём! Но, чтобы спасти Леопольда, мы должны с кем-то посоветоваться, – заметила она. – С кем-то надёжным и мудрым.
– С Зорро, что ли? – усмехнулась Алла. – Ты поэтому меня в библиотеку потащила?
– А что, хорошая идея, между прочим. Действительно, почему бы не спросить у него совета? Мне кажется, что Зорро единственный, кто не боится Метки и Ангелуса.
– Можно попробовать, – согласилась Алла, постепенно успокаиваясь. – Интересно, почему до нас никто не додумался до такого простого выхода из положения?
– Потому что Ангелус кажется им непобедимым. Лично у меня он вызывает лишь презрение и скуку. Жалкий сектант. – Ника скорчила гримасу.
– Да, выкрикивая лозунги о спасении миров, он тешит своё мелкое тщеславие, – согласилась с ней Алла.
– И прикарманивает магазины и фирмы, – согласилась Ника. – И непонятно, что ещё.
Они спустились в библиотеку. Незнакомый рыжик кот-библиотекарь откровенно ленился: развалился на диванчике, зевал и цедил пиво из огромного жбана. Он радостно кивнул им и заулыбался. – Как хорошо, что вы зашли! Как раз появились новые любовные романы, написанные вампирами и светлыми эльфами, – соблазнял он, вытирая пушистой лапой пивную пену с усов.
– Обязательно возьмём, но потом, – отозвалась Алла со скукой в голосе.
– Ты, наверное, имел в виду любовные романы про вампиров и эльфов? – с интересом уточнила Ника, сразу же сделав стойку.
