– Мы очистим этот мир, лорд ночной эльф, уж не сомневайся.
Сказав это, Маннорот обратился к Хаккару:
– Я поручаю эту охоту тебе, Псарь. Не подведи нас снова.
Хаккар, все еще кланяясь, попятился к выходу.
– А теперь, лорд ночной эльф, – продолжал демон-исполин, повернувшись к колдующим волшебникам, – да начнется сотворение будущего для твоего народа! – Маннорот расправил крылья, как обычно он делал, обдумывая приятную мысль. – Будущего, которого они и представить себе не могли…
Смертокрыл парил над землей, заливая огнем все на своем пути. Повсюду слышались крики о помощи, но Крас не знал, откуда они доносятся. Застряв в смертной оболочке, он, как полевая мышь, сновал по горящей земле в тщетных попытках помочь раненым, одновременно стараясь не попасться дракону.
Вдруг огромная тень накрыла землю, и он услышал громоподобный смех:
– Так-так, а это у нас что за кроха здесь?
Огромные когти в два роста дракона-мага схватили Краса. Без малейших усилий они подняли его высоко в небеса… и там он встретился лицом к лицу с коварным Смертокрылом.
– А-а-а, так это малютка-дракон! Кориалстраз! Слишком долго ты ходил среди низших рас! Ты перенял их слабости.
Крас попытался произнести заклинание, но каждое его слово превращалось в миниатюрную летучую мышь. Смертокрыл безжалостно засосал всех их в свою раскаленную зияющую глотку и проглотил.
– Так себе угощение! Не думаю, что ты окажешься вкуснее, однако не пропадать же добру! – Он поднял трепыхающегося дракона-мага над собой. – В любом случае ты никому не нужен!
Дракон расцепил когти, и Крас угодил бы прямо в пасть Смертокрыла, но что-то пошло не так. Все изменилось: Смертокрыл, горящая земля – все испарилось. Крас оказался посреди чудовищной песчаной бури и закружился во все более яростном вихре.
Посреди бури возникла голова дракона. Поначалу Крас подумал, что его преследовал Смертокрыл, не желавший отпускать добычу, но затем возникла еще одна точно такая же голова, потом еще и еще, пока их бесконечная череда не затмила взор Краса.
– Кориалстрааааз… – разом застенали головы, – Кориалстраааааз…
Тогда Крас увидел, что головы отличались от Смертокрыла по форме и что возникли они из песка.
«Ноздорму?»
– Мы… проссстираемся… вссюду! – промолвил Вневременный. – Мы видим… вссееее.
Крас не торопил дракона. Он знал, что тот не может говорить быстрее.
– Вссе дороги ведут в никудааа! Всеее…
«В никуда?» Что это значит? Неужто он хочет сказать, что все, чего опасался маг, уже сбылось, что будущее обречено?
– …кроме одной…
Одной! Крас ухватился за этот крохотный луч надежды.
– Скажи: которая? Что мне делать?
В ответ драконьи головы трансформировались: носы сжались, головы вытянулись, походя на человеческие – нет, не человеческие, эльфийские лица…
«Ночной эльф?»
Стоит ли ему бояться его? Или наоборот, его нужно отыскать? Он попытался расспросить Ноздорму, но буря невероятно усилилась. Ветер стер в песчаную пыль все лица. Крас попытался защититься, но песок рвал его плоть сквозь одежду.
Он закричал…
…чтобы через мгновение оказаться сидящим, с раскрытым в безмолвном вопле ртом.
– Моя королева, он снова с нами.
Постепенно сознание Краса вернулось в реальный мир. Хотя кошмар, в котором был Смертокрыл, и последовавшее за ним видение с участием Ноздорму все еще смущали его мысли, теперь Крас хотя бы понял, где находится. А был он в гнезде, в котором впервые говорил с Алекстразой. Королева Жизни смотрела на него с глубоким беспокойством. Справа за драконом-магом следила молодая версия его самого, так же весьма озабоченная его состоянием.
– Твое заклинание сработало? – тихо спросила Алекстраза.
В этот раз он был уверен, что возлюбленная должна узнать все, несмотря на последствия. Страшные слова Ноздорму подразумевали, что проход в будущее уже почти схлопнулся. Так почему бы теперь не рассказать Алекстразе о безумии Нелтариона и всех ужасах, которые тот учинит?
При первой попытке заговорить об этом изверге Краса вновь объял ужас, едва не прикончивший его. Он чудом не лишился чувств.
– Пока рано, – предупредила его Алекстраза, – тебе нужно отдохнуть.
Но Крас нуждался не только в отдыхе. Кто-то должен был снять с него проклятие, искусно наложенное Хранителем Земли. Однако никто из Аспектов даже не догадывался о проклятии, ибо не мог учуять этой магии. Смертокрылу нет и не было равных в коварстве.
Не в силах ничего изменить в ситуации с черным драконом, Крас мысленно вернулся к образу ночного эльфа, которого пытался показать ему Ноздорму. Он стал вспоминать эльфов, которые напали на них с Ронином, но среди них похожих лиц не было.
– Как далеко находятся земли ночных эльфов? – спросил Крас и, дотронувшись до рта рукой, удивился: его речи ничто не препятствовало. Видимо, проклятие запрещало ему говорить только о Нелтарионе.
– Мы скоро отведем тебя туда, – ответила его супруга. – Но что насчет того, о чем ты говорил ранее?
– Это… это все связано, но теперь мне нужно туда. Я думаю… думаю, что со мной связался Вневременный, он пытался что-то сообщить мне.
Его молодая версия решила, что это уже чересчур:
