Беспринципность разработанного плана не останавливала Рока. Он был достойным учеником своего босса.
Целую неделю клерк собирал доверенности очарованных Гринером трастовых компаний. В итоге набралась 21 200 акций. Виртуозное красноречие и заманчивые обещания помогли ему выманить у солидных комиссионных домов еще 7100 акций. Теперь на грядущем собрании акционеров Гринер мог щеголять 138 900 голосами из 320 000 возможных. И выборы, конечно, пройдут под его дудку, если только оппонентам не удастся объединиться.
Ловкий финансист периодически интересовался у Рока его успехами. Клерк подтверждал свои великолепные результаты. Хотя своему шефу он рассказал только о бумагах, полученных от трастовых компаний, умолчав о 7100 акциях, приобретенных у расположенных к нему брокеров.
Держать это в тайне было достаточно рискованным. Но пока его план осуществлялся как по нотам. Да уж, с тем, что Рок – решительный малый, не поспоришь.
Стоило ему понять, что предел достигнут и больше в пользу Гринера ему ничего не получить, он пошел на отчаянный шаг, решив собрать голоса или же акции против Гринера. Он так и поступил. Замысел этого видного парня с упрямым подбородком был очень даже в духе финансовых приемов коротышки с проницательным взглядом и сократовским лбом.
– Либо я выйду победителем, либо ты будешь побежденным, – приговаривал вполголоса воодушевленный клерк.
Он уверенно направился в контору Weddell, Hopkins & Сº. Эти банкиры, питавшие старую и глубокую вражду к мистеру Гринеру, были хорошо известны широкой публике. Они, естественно, оказались осведомлены, что Рок – не последний клерк из конторы Гринера и Брауна. По этой причине он легко добился встречи с мистером Уэделлом.
– Как поживаете, мистер Уэделл?
– Благодарю, превосходно, сэр! – сдержанно ответил финансист. – Меня поражает самоуверенность людей, направивших вас ко мне.
– Видите ли, мистер Уэделл, – начал Рок с тем уровнем пыла, который посчитал вполне подходящим для данной ситуации, – я ушел от господ Брауна и Гринера. Я считаю, что их методы не слишком порядочны.
Взгляд банкира сделался непроницаемым. «Сейчас он начнет просить место у нас», – решил он.
– И? – голос мистера Уэдделла мог заморозить птицу на лету.
– Видите ли, мистер Уэдделл, – бойко заявил молодой клерк, глядя прямо в окаменевшее лицо старика, – я надеюсь, что вместе с другими порядочными людьми вы хотели бы помешать мистеру Гринеру разрушить Iowa Midland. Мне, сэр, – все более воодушевляясь проворачиваемой комбинацией, добавил Рок, – известны все замыслы и возможности мистера Гринера. Если бы вы выступили на моей стороне, мы бы точно одолели его.
– И что вы намерены делать? – отвлеченно спросил Уэдделл. Он знал уловки маленького Наполеона с Уолл-стрит и подумывал, уж не одна ли из них сейчас разворачивается перед ним.
– У мистера Гринера нет контрольного пакета, – выложил Рок карты на стол. – Ему принадлежат лишь 110 600 акций. У меня есть доступ и к документам, и к акциям.
– Вот что, молодой человек, не стоит рассказывать мне коммерческие тайны своего шефа. Пусть даже мы с ним враги, но принимать от вас эту информацию я не желаю. – Старомодным джентльменом оказался все-таки этот банкир Уэдделл.
– А я и не раскрываю коммерческую тайну. Он лично сообщил газетчикам, что держит более ста тысяч акций. Это уж они сами решили, что у него контрольный пакет. Но Гринер захватит компанию, если вы не встанете на мою сторону, мистер Уэдделл! Я раздобыл голоса на 28 300 акций трастовых компаний и брокерских домов. Я собираюсь собрать все возможные голоса против мистера Гринера, а заодно и голоса тех собственников, кого не устраивает мистер Уиллетс. Это позволит заставить мистера Уиллетса подписать обещание провести давно назревшие реформы, отойти от его рискованных методов и бесполезных мероприятий, бьющих по карману компании. Он подпишет такой документ, чтобы защитить себя и Iowa Midland от происков мистера Гринера. Но промедление сейчас смерти подобно, сэр!
Рок хмелел от собственного артистизма и хитроумности замысла.
Замысел этого видного парня с упрямым подбородком был очень даже в духе финансовых приемов коротышки с проницательным взглядом и сократовским лбом.
– Да? А какое место займете вы в этом действе? – не отступал старый финансист, хотя в глубине души уже решил, что предлагаемая молодым клерком схема и есть тот самый единственный возможный выход из сложившейся ситуации.
– Мистер Уэдделл, я мог бы взять на себя обязанности помощника директора компании после выборов. Тогда я бы отвечал за честный и ответственный подход нового менеджмента. Мог бы еще представлять интересы вашего банка. Зарплата пять тысяч в год мне бы вполне подошла. Это было бы вдвое выше той суммы, что я получал.
В реальности его оклад составлял 1600 долларов. Но к чему сейчас было принижать собственную значимость?
Мистер Уэдделл задумчиво барабанил пальцами по крышке своего стола.
