Спертый воздух в ее груди с трудом вырывался, застревая в ней от жуткого, колотящего волнения.
-Вариантов может быть великое множество! Первый, второй, третий, четвертый и бесконечно какой угодно состоят в том, что они невозможны!
-Темный Лорд вернется, Крауч! — Пропел кошмарной оперой в ее душе трагичный голос, словно издеваясь.
-Их нет! Зачем Дементоры ушли, ты об этом не подумала?
-Темный Лорд вернется Крауч… — Снова высокий голос.
-Наивная, они уплыли и бросили тебя тут для того, чтобы ты сидела тут и помирала тихо и мирно в темноте!
-Ха-ха-ха Хозяин! Вы тут! — Какой-то писклявый голос, в котором она не могла узнать себя визгнув уколол ее голову в адской мигрени. — О, Милорд… мой любимый…
-Бежим отсюда! — Командирским тоном сказала она сама себе. — Кажется, они уже точно ушли!
Беллатриса, как подталкиваемая кем-то, упала на пол и поползла, ища слепыми в полумраке глазами и руками свет.
-Темный Лорд вернется, Крауч! — Она помогала сама себе не сдаваться. — Ползи… мы уже почти спаслись… — Шептала Белла уже вовсе не про себя.
Цепи гремели и ползли за ней со змеиным шипением по полу. Она знала, что оставляет за собой длинный след, выцарапанный на каменном полу, но надеялась на то, что Дементоры останутся к нему слепы. Может они и вовсе не знают о том, что она здесь. Ее побег не провалится — так командовала думать себе Белла. Она боялась этого провала, пока не наткнулась на стену, которая воодушевила ее на дальнейший путь. Цепь, которая сковывала ее шею, заскрипела и начала душить ее с каждым сантиметром ее пути. Белла жалобно закряхтела. Воздуха отчаянно не хватало, и она полегла к каменной кладке пола. Она даже не знала куда двигалась, и сколько она уже смогла проползти.
-Ты думаешь, ты двигаешься в правильном направлении? — сомневаясь проговорил самый разумный голос в ее голове.
-Ты должна найти его… — Пропело жуткое нечто.
-Что ты замерла?! — орала она сама на себя. — Плевать на неудобства! Ты должна найти его! ИЩИ! ИЩИ! …
-Ха-ха, мой Лорд! — визгливый голос внутри нее тоже не молчал. — Я найду его для вас! Довретесь мне! Я смогу найти его…
Беллатриса нащупала руками цепь на шее, звенья на ней были слабые, покрытые ржавчиной. Пару слабых усилий ее дрожащих пальцев и неожиданно они перестали ее душить. Она закричала от облегчения, крик вырвался наружу, как экстаз из сердечной клетки. Она свободно вдохнула полной грудью и заплакала от счастья. Дементоров не было рядом, это точно, иначе она бы не нашла этой слабой силы. Руки сжимали цепи, но Беллатриса собрав в себе все силы разломала их, словно пластмассовые. Она была свободна. Голод и жажда одолевали ее, принуждали пасть к полу, собрать последние крохи сил, но она не послушалась свои инстинкты.
Как только последняя цепь пала с нее она, держась за стену, побежала вперед в кромешной тьме с такой скоростью, на какую только была способна.
Наступив ногой во что-то мокрое, она, не сдержавшись, с жадностью кинулась руками собирать капли влаги. Вода… на ее пути к свободе, что может быть лучше?
Она глотнула пару капель и закрыла глаза, запоминая эту минуту, задерживаясь, несмотря на то, что ее могли поймать, если она будет медлить. Она понимала, что без воды не сможет двигаться дальше. Вода — эта живительная влага, спасающая, имеющая тонкий ни с чем несравнимый вкус свободы.
И мыла.
Мыла?
Ее голодный и пустой желудок, сухое от жажды горло свернуло в тошноте. Она упала на пол, отхаркиваясь. Вода… почему она такая странная? Перед глазами плясали какие-то странные блики, пусть Белла и ничего и не видела, но воображение уже рисовало ей страшные картины. Как увиденные ей тысячи решеток сжимаются вокруг нее. Они становились все четче и ближе. Она и вправду видела их, воображение не могло рисовать все настолько четко и реалистично. Да и если это и есть ее воображение, то почему же тогда она не может видеть реальность? Где-то, что было с ней? Где та мерзкая мыльная вода и ее привкус? Где все? Почему она видит только цепи?
Тихий шелест, напоминавший осенние листья, раздался над ее ухом. До нее дотронулась рука, и она увидела еще кое-что. Рука Дементора, которая потянула ее за горло, заставила увидеть впереди себя инструменты, похожие на вилы, лежавшие рядом с деревянной посудиной. Из нее текла струйка воды. Воды с тем самым мылом.
Дементор нежными движениями резко схватил Беллатрису за горло, наряжая ее в новые, блестящие цепи против ее воли. Шея, сжатая в удушье, заныла, Беллатриса тяжело дыша, пыталась сконцентрироваться на том, что боли нет.
Цепь превратилась в раскаленный метал, прожигая кожу насквозь до плоти. Беллатриса тихо заскулила, сжимая веки, но боль пробиралась все глубже в нее, почему-то парализовав ее тело.
