То, что она еще глядя в иллюминатор приняла за непроницаемую стену тумана, оказалось огромным скопищем Дементоров. Их там было сотни, может тысячи, может и даже миллионы. Они кружили вокруг темной крепости, затягивая все серой пеленой. Из окон, закрытых решетками, на них смотрели сотни безликих существ — заключенных.
А может это Дементорам хотелось, чтобы они думали, что им не одним досталась эта участь. Крепость по периметру обступали острые скалы, выглядывающие из моря как грозные и смертельно опасные стражи. Штормовые волны били по ним, пенясь и откатываясь обратно в море. Ничто не жаждало тут задержаться.
Невидимым кнутом их выгнали с палубы на погнивший, небольшой причал, который едва не переворачивался в бешеной качке волн, осужденные ели держали равновесие. Когда нога последнего путника покинула корабль моряки, не отдохнув перед дорогой, развернули корабль и отчалили.
Причал вел прямиком в тупик, а именно в массивный кусок скалы, и Беллатриса была права, подумав, что наверняка оставшиеся с ними Дементоры должны сотворить какую-то мерзкую манипуляцию, чтобы тюрьма пропустила их в свои владения.
И самый большой Дементор, отделившись от толпы маленьких, коснулся покрытой струпьями костлявой ладонью центра скалы и проплыл прямо сквозь него. Остальные Дементоры неспешно поплыли за ним, таща длинную цепь. Невольно Белла сопротивлялась, не жажда размазаться в лепешку, но сквозь скалу она прошла столь легко, как туманную занавесу.
Стражи Азкабана вывели их в неосвещенный туннель, где она могла ориентироваться лишь слепо тыкаясь в стены. Их толкали спешить к неизвестности. А там неистово пахло протухшей водицей. Неудачно расставив ноги Белла упала и подскочила спешно, боясь, как бы никто не помог ей подняться. А она знала, что спасительной рукой для нее станет рука Дементора.
Резко проход после очередного витиеватого поворота стал вести куда-то вниз. Беллатриса случайно заскользив все-таки упала, с грохотом и вскриком. Ее падение инициировало травмы для остальных участников шествия. Это привело к тому, что какая-то костлявая рука схватила ее. И она сразу поняла какая. Движение было мгновенным, но она захрипела от ужаса.
Туннель, изгибавшийся змеей вниз, внезапно свернул выше, к тусклому свету. Темнота на поверхности была светлее подземной, мрак тут был цвета серого тумана. Белла смогла разглядеть неясные силуэты Дементоров. Они вели их, окружив плотной стеной… а может, только ее одну окружали Дементоры, а других и не было в подземелье? Может эти напряженные и грубые, не смотря на усталость шаги — это все эхо ее собственных шагов, а тяжелое дыхание — это лишь перешептывания сотен этих созданий в черных, рваных плащах? О чем они говорили и с кем? Друг с другом… или со стенами тюрьмы, давно ставшими им домом? Познавшими все страхи и ужасы на свете? А может это шептало тихо и безнадежно, то счастье, которое они бессовестно высосали у заключенных? Оно тихо меркло с загробным хрипом, и поэтому Белле казалось, что он сроднен с шепотом ее заключенной в тюрьме души.
Скрипучая решетка распахнулась и Дементоры один за другим проникли через нее, утаскивая за собой Беллатрису, Родольфуса, Рабастана и Барти Крауча-младшего. В этом неизвестном Белле месте было тихо. Тишина давила на виски со страшной болью.
Грохот закрывавшейся решетки и тишину выключили. Визг ветра за решеткой, штормовое бешенство дождя — все это напоминало звуки недавнего путешествия.
Белла опять вспомнила доклады Родольфуса. Он говорил, что в Азкабане ровно семь этажей, но больше ничего она вспомнить не могла, ей слышался лишь звук его недовольного ворчания. Неодобрения. И слова, все те же слова:
Темный Лорд пал!
Их вели мимо камер для заключенных, которым тут было не суждено продержаться долго. Это были клетки для мелких преступников: воров-карманников, аферистов. Вещей в них было немного, а решетки тихо поскрипывали, пока заключенные громко похрапывали во сне. Им в такт, ключами гремя, плавал туда-сюда один единственный небольшой Дементор. Беллу и остальных заключенных спешно вели по длинному, закругленному коридору мимо.
Распахнув очередную решетку, они пропихнули их на узкую, но очень крутую лестницу, выведшую их на очередной этаж.
Тут уже сидели заключенные за более тяжкие преступления, чем преступники этажом ниже. Атмосфера одиночества и ужаса была тут сильнее, тьма сгущалась, а заключенные, многие пустыми глазами, смотрели в потолок. Будто ища там нечто, что заставит очи вновь воссиять в надежде. Из исхудавших глоток рвались крики о помощи, но вместо них — тишина и капавшая от сосущего голода тишина. На этом этаже была пара редких, но пустых камер. Быть может кто-то умер, а быть может кого-то уже отпустили, спустя долгий срок на волю.
А Пожиратели Смерти все шли, пока, наконец, перед ними не появилась очередная решетка. Белле все чудилось в темноте, что кто-то кричал. Что кто-то умирал прямо перед ней, тот кого она могла узнать, но не узнавала…
