Лииса протянула мужу ключи, безжизненно повисшие в бледной руке. Нико подхватил дочь, взял ключи и, вжав голову в плечи, выскочил из магазина.
Собеседница Клаары подошла к подруге, и они вместе поддержали Лиису, оседающую на пол. У той началась истерика, которую финнам страшно себе представить, – они никогда не позволяют себе такого поведения на людях.
Девушки забрали Лиису с работы, напоили крепким кофе, а затем крепким виски, чтобы она не уехала в Россию тут же на первой попутной машине искать разлучницу.
Лана была их хорошей подругой, и Николая они видели часто на домашних праздниках, не подозревая, что это семья, а не работа не позволяет ему переехать к любимой женщине и сыну.
Когда они привезли Лиису домой, она была пьяна, но вернулась к привычной сдержанности. Женщина не устраивала сцен, просто собрала свои вещи и ушла из дома в отель. Суд постановил пребывание с каждым из родителей 50 на 50, с тех пор Клэр жила двумя жизнями – с отцом и матерью. Ни один из родителей не рассказал ей, что произошло между ними, но она помнила мать, собирающую чемоданы. А значит, именно её обвинило во всём маленькое сердце, запоминающее обиды навсегда.
***
Вечером Клэр прижалась к мужу – он вернулся совсем недавно, весь день бродил по паркам и насквозь продрог.
– Amore, пожалуйста, не оставляй меня больше с ними одну, мне сложно.
– Это потому, что ты стараешься со всеми быть хорошей. А это совсем необязательно.
Раздался звонкий смех Ланы: они с Ромой ещё не легли, но уже попрощались перед сном.
– Почему ты оставила их здесь? Это надолго? – спросил муж, перебирая пальцами волосы Клэр.
– Нет, я думаю, за неделю мы сможем найти им жильё. А вот мама, не знаю, уедет ли домой. Пока она остановилась в отеле, но это дорого ей обойдётся. Я, наверное, помогу, если ты не против.
– Главное, чтобы ты была счастлива. Если твоя совесть подсказывает тебе поступать так – ты вольна делать что хочешь.
– Вот бы ты так про прививку мне сказал, – неудачно пошутила Клэр.
Муж вздохнул, чмокнул её в затылок и отвернулся к стене, хотя был уже готов к более близким поцелуям. Он был категорически против вакцин, которые никак, по его мнению, не могли помочь, и все доводы жены пропускал мимо ушей.
Юрки бесконечно проворачивал в голове новости. В Италии поговаривали, что скоро без вакцин никто не сможет работать и появляться в общественных местах. Но пока до этого не дошло. В Финляндии было свободнее, и они решили остаться тут, раз уж обучение в школе на дистанционном режиме и нет разницы, откуда вести уроки, а значит, можно продолжать преподавательскую деятельность. Тем не менее и там, и тут люди раскололись на два лагеря: те, кто за прививки, и те, кто против. Особенно сложно было в семьях, где не приходили к обоюдному согласию. И так было по всему миру.
