История древней Японии полностью

Всю территорию Японии можно схематически представить себе в виде ряда концентрических окружностей. В центре ее находилась столица Нара с императорским дворцом. Непосредственно к Нара прилежал «столичный район» Кинай, где сформировалась сердцевина раннеяпонской государственности. По своему статусу он резко контрастировал со всей остальной территорией Японии. В районе Кинай имела земельные наделы элита японского государства (родоплеменная аристократия, из которой рекрутировалось высшее чиновничество), в связи с чем и его жители имели значительные налоговые послабления (натуральный налог тё: был сокращен для них наполовину, а трудовая повинность отменена совсем). Только те аристократические роды, которые проживали в Кинай, были внесены в генеалогические списки «Синсэн сёдзироку», что фактически гарантировало им право на занятие высших чиновничьих должностей.

Следующую градацию представляли собой территории и провинции, находившиеся за пределами Кинай. Они назывались «внешними провинциями» (Кигэ). Они-то и представляли собой основной объект эксплуатации со стороны государства, будучи основными поставщиками налогов и людей для несения трудовой повинности. Положение провинциальных чиновников также значительно отличалось от положения чиновников в столице и Кинай, поскольку они имели право на ношение только тех рангов, которые принадлежали к «внешним». Кроме этого, на северо-востоке Хонсю были образованы две обширных провинции (Муцу и Дэва), населенные «варварами» — эмиси. Эти провинции именовались «дальними» и фактически не подлежали регулярному налогообложению. В силу своей «удаленности» от благодетельного правителя и нежелания попасть в сферу его цивилизующего влияния (эмиси часто поднимали восстания) эти территории рассматривались двором в качестве объекта непосредственного силового воздействия.

Земли и страны, которые лежали за морем и располагались к западу от Японского архипелага, также считались пространством, обладающим особыми свойствами (подробнее см. об этом главу «Япония и внешний мир»).

«Кодзики» и «Нихон сёки» подразделяют время на две основных части — «время богов» (камиё) и «время императоров» (тэнно:ё). «Время богов» (начиная от сотворения мира и до правления первого «императора» Дзимму) определяется не количественным, но только качественным образом. Его особенности проявляются только через последовательность креативных действий божеств. Можно сказать, какое из действий было раньше, а какое — позже, но «хронометраж» этих действий не становится предметом рассмотрения. При этом до тех пор, пока на острова архипелага не спустились божества с Равнины Высокого Неба, эта земля пребывала в неупорядоченности и хаосе.

Вместе с переходом повествования к историческому (квазиисторическому) времени все большее значение уделяется датировкам, осуществляемым в соответствии с 60-летним циклом. И хотя эти датировки приблизительно до середины V в. надлежит признать полностью фиктивными, следует отметить, что по отношению к «времени императоров» (времени людей) составители сводов уже осознавали необходимость измерения времени, поскольку наличие исчисляемого времени мыслилось как необходимый атрибут цивилизованного государства.

При этом в качестве «хозяина» единого для всей страны времени мог выступать только сам правитель, в связи с чем и все установления относительно его измерения имели источником двор и самого «императора». В связи с этим «покушение» на государево время, отказ следовать ему расценивались как злодеяние, направленное против самого правителя. Так, среди «ужасных» преступлений Сога-но Эмиси, одного из самых отрицательных персонажей официальной истории VII в., кроме прямого покушения на императорскую власть числится также нарушение заведенного распорядка во дворце. «Нихон сёки» сообщает, что он ослушался установления относительно того, что следует приходить во дворец в час зайца (около 6 часов утра), а уходить — после часа змеи (около 10 часов утра).