В 80-е гг. XVIII в. философия Спинозы встретила восторженный прием в Германии, где его идеями увлекались Лессинг, Гете, Гердер. Своим пантеизмом он подготовил почву для философии Шеллинга и Гегеля. В философии Спинозы находили элементы материализма и диалектики Маркс и Энгельс.
В истории философии не так уж много примеров сочетания в деятельности и произведениях одного и того же лица эпохальных научных открытий и глубочайших философских идей, составляющих узловой пункт историко-философского процесса. Среди таких мыслителей выделяется грандиозная фигура немецкого философа и ученого Готфрида Вильгельма Лейбница (1646–1716).
Родился мыслитель в Лейпциге в семье профессора морали местного университета. В годы учебы в Лейпцигском университете Лейбниц сочетал изучение юриспруденции с занятиями логикой и математикой. Заканчивая философский факультет, он защитил «Диссертацию о комбинаторном искусстве», в которой изложил идеи будущей математической логики.
Готфрид Вильгельм Лейб
Философ много занимался юридически-законодательной работой, например вопросами упорядочения права Майнцского государства, вопросами экономики, своими статьями по проблемам истории способствовал преодолению описательного и эмпирического характера тогдашней историографии, выступал с публицистическими произведениями политического и богословского характера. Лейбниц ратовал за объединение христианских церквей.
Занимался он и вопросами организации научного труда: разработал проект прусской королевской Академии наук, которая была основана по его предложению, план организации Академии наук в Санкт-Петербурге, который был реализован уже после его смерти, в 1725 г., неоднократно встречался с русским царем Петром I. Философ решал и проблемы технического характера: выработал проект осушения долины в Гарце.
В философии Лейбница отразились почти все философские интенции его времени. Он был знаком с философией Декарта, Спинозы, с философскими трудами представителей сенсуалистической и эмпирически ориентированной английской философии, в частности с работами Дж. Локка.
Наследие Лейбница многогранно: своим научным и философским корреспондентам он отправил свыше 15 тыс. писем. К главным философским произведениям, написанным Лейбницем, относятся: «Рассуждения о метафизике» (1686), «Новые опыты о человеческом разуме» (1705), «Теодицея» (1710), которую он считал своим основным произведением, «Монадология» (1714, издана только в XIX в.).
Несмотря на огромный вклад в развитие науки того времени, на его смерть (1716) никак не откликнулись ни Берлинская Академия наук, президентом которой он был в течение ряда лет, с момента ее организации, ни Лондонское Королевское общество, большинство членов которого враждебно относились к Лейбницу из-за спора о приоритете в открытии дифференциального и интегрального исчисления. Только Парижская Академия наук дала высокую оценку заслугам мыслителя. Со временем, однако, выявилась глубина его научных и философский идей, оказавших большое влияние на научный мир. Впоследствии французский философ Дидро писал в своей знаменитой «Энциклопедии», что для Германии Лейбниц стал тем, чем для Древней Греции были Платон, Аристотель и Архимед вместе взятые.
Лейбниц разработал своеобразную историко-философскую концепцию, в рамках которой он пришел к выводу, что различные философские учения нельзя считать лишь совокупностью заблуждений, как это сделали многие философы, начиная с древности. В одном из писем Лейбниц писал: «Большинство школ правы в значительной части своих утверждений, но заблуждаются в том, что они отрицают»[126]. Он считал, что необходимая сторона любой значительной философской доктрины – критическое усвоение идей и учений прошлого и современности.
Лейбницу принадлежит и попытка классификации философских учений: он одним из первых начал применять термины «материалисты» (для характеристики философских направлений, восходящих к Эпикуру) и «идеалисты» (для характеристики тех философов, идеи которых восходят к Платону). Сам философ считал, что его доктрина преодолевает односторонность обоих этих направлений, хотя иногда демонстрировал свою приверженность традиции Платона.
