Теперь, в начале XXI в., перед человечеством со всей остротой встает грандиозная по своим масштабам задача – сформировать целостное мировоззрение, в фундаменте которого будет лежать как рационально-научное, так и внерациональное (включая и образное) восприятие действительности, выработать цельное знание, где «мир», «космос», «человек» воспринимались бы как органическая живая целостность. Поэтому гуманистическая рациональность только в том случае будет соответствовать современным потребностям, если она сможет вобрать в себя и другие, внерациональные формы освоения мира, признать их разнообразие и равноправие, перейти от рациональной к рационально-образной картине мира. В наше время лишь синтез философии разума и философии сердца может дать достойное человека отображение мира в его сознании, стать надежной основой для поведения. Как у гармонически развитых людей рациональное и внелогическое восприятие реальности находятся в известном равновесии, так и в человеческом познании в целом оба эти источника знания должны органически сочетаться и дополнять друг друга.
В любом случае, однако, если люди хотят полноценно жить на этой земле, то им придется опираться на такую духовность, которая ориентируется не только на объективно-научные знания, науку и технику как орудия покорения и преобразования мира, но и на высокие нравственные нормы, которые должны содержать в себе понимание добра и красоты, уникальности природы и самоценности человеческой жизни.
Немецкая классическая философия XVIII–XIX вв. – это новый и закономерный этап развития западноевропейской философии Нового времени. Ее формирование надолго обеспечило Германии интеллектуальное господство в мире.
Традиционно к данному течению относят философские учения И. Канта, И. Фихте, Ф. Шеллинга, Г. Гегеля и Л. Фейербаха. Этих мыслителей сближают общие идейно-теоретические предпосылки, преемственность в постановке и разрешении мировоззренческих проблем, определенные сквозные философемы.
Немецкая классическая философия продолжила и довела до логического конца основополагающие идеи новоевропейского рационализма, стремясь максимально полно выявить потенциальные возможности Разума посредством анализа проявлений этих возможностей в различных областях: познавательном процессе, достижении свободы, становлении и самоопределении личности, развертывании исторического процесса и т. д. Она сохранила культ Разума и сформулировала девиз «Разум, вперед!». Вместе с тем в постановку и разработку философских проблем, а следовательно, и в содержание новоевропейского рационализма немецкая классическая философия внесла свои коррективы, предложив в философских концепциях своих представителей целый ряд оригинальных вариантов решения этих проблем.
Оставляя в центре внимания проблемы гносеологии, что было характерно для философии Нового времени в целом, немецкая классическая философия, начиная с И. Канта, совершенно иначе определила центральную гносеологическую проблему: вместо вопроса «что познается?» она поставила вопрос «как и с помощью чего познается?» Представители немецкой философской классики сделали вывод о том, что процесс познания – это не произвол, в ходе которого познающий субъект реализует свои заблуждения и затемняет истину, а процесс, который имеет свою внутреннюю логику и свои закономерности. Немецкие философы стремились построить теоретическую модель познавательного процесса, определив его универсальные механизмы.
Немецкая классическая философия открыла процессуальность познания, исключив его понимание как одномоментного акта. Она предложила рассматривать познание: а) как самостоятельный процесс; б) как активную творческую деятельность, где познающий субъект выполняет конструктивную функцию.
Несмотря на ряд качественных отличий от предшествовавших ей доктрин новоевропейских мыслителей, немецкая классическая философия остается в пределах научного рационализма, она безгранично верит в науку. Модель математического естествознания, предложенная еще Декартом, является для нее образцом научной рациональности и отсюда стремление немецких мыслителей построить философию и этику по образцу точных наук. А по мнению Гегеля, и религия может быть представлена в рационализированной форме, поскольку с помощью разума можно познать даже Бога. Хотя такие представители немецкой философской классики, как Кант и Гегель, говорили об ограниченности науки, это означало лишь то, что теоретический разум (наука) не может охватить все многообразие объектов, их деталей и форм проявления, но у науки нет ограничений в способности проникать в сущность объектов и процессов мира.
