Философия Нового времени оказала значительное влияние на космологическое знание, физические и биологические представления философов-эклектиков. Это нашло конкретное выражение в признании гелиоцентризма, атомизма, всеобщего значения законов механики. Шадурский в своей физике ставит и пробует решить ряд важных философских проблем, обращает внимание на недостатки систем Эпикура, Гассенди и др. Не во всем его удовлетворяет и учение Декарта, но все же в космологии он сторонник декартовского варианта теории Коперника.
Существенное влияние оказала новая философия на естественнонаучные взгляды Добшевича. Он одним из первых признал теорию Коперника и идеи атомизма. Вместе с тем именно в космологических представлениях наиболее заметны противоречия в его рассуждениях, непоследовательность, эклектизм. Рассматривая вслед за Ньютоном в качестве критериев научности всеобщность, простоту, соответствие природным законам движения, Добшевич не забывает и о текстах Библии, о запретах церкви.
При обсуждении понятий материи и формы Добшевич фактически отказывается от схоластической трактовки и принимает атомизм. Соглашаясь в целом с физикой Аристотеля, он вводит в нее представление о корпускулярном строении материи. Атомизм в его трудах является «общим принципом» объяснения природных процессов, необходимой рабочей гипотезой исследования. В соответствии с атомизмом философ отстаивает и учение о форме как определенном расположении атомов и корпускул.
На идеях Коперника, Галилея, Кеплера основываются рассуждения о Вселенной К. Нарбута. Но если его предшественники признавали учение Коперника в качестве гипотезы, то Нарбут в самом начале 70-х гг. XVIII в. прямо заявил о признании гелиоцентризма в качестве научной истины. «Расположение планет, – писал он, – и их обращение, предложенное Птолемеем вместе с таким же учением Тихо, как такое, которое противоречит законам механики и доказательствам физики, мы отрицаем… Мы же доказываем, что наука (система) Коперника очень хорошо согласуется с законами физики и астрономическими наблюдениями»*. Нарбутом отстаивается мысль о необходимости отделения философии от теологии. По его убеждению, философия определяет многое из того, что спрятано от повседневного сознания, а именно – причины вещей.
Нарбута живо интересуют также проблемы общества. В рассуждениях мыслителя о нравах и политике чувствуется хорошее знание им идей, связанных с широко распространенной тогда в Европе концепцией естественного права. С естественным правом связывает Нарбут все обязанности, затрагивающие как общество в целом, так и отдельные его элементы, показывает ошибочность отдельных суждений современников относительно этой проблемы: «Если мы рассматриваем природу человека, мы не должны рассматривать ее вне общества, и только тогда исследовать природное право, только тогда применять его к обществу вообще и ко всякому коллективу в частности». Иначе говоря, рассуждая о природном праве, не следует забывать, что человек не только природное, но и социальное существо, и «считать, что человек может быть воспитанным без всякой помощи, означает не что иное, как фанатизм»**.
С рассуждениями о природном праве у Нарбута тесно связываются идеи правового общества: «Мы доказываем, что счастье человеческого общества зависит от точного соблюдения законов в соответствии с разными видами руководства, послушания и заботы о безопасности Верховной власти. Мы ясно показываем, что это обязывает нас соблюдать природное право, так как без соблюдения законов и подчинения Верховной власти ни одно человеческое общество не только быть счастливым, но вообще даже долго существовать не может»[402].
Таким образом, в философской мысли Беларуси середины XVIII в. происходит столкновение двух миропониманий. Средневеково-теологическая картина мира постепенно вытесняется естественнонаучной. В эклектике проявилось стремление к освобождению философского и научного мышления от догм, к осмыслению духовного наследия предшествующих эпох. Прогрессивное значение тенденций, обозначившихся в философской мысли и жизни Беларуси в середине XVIII в., заключается в том, что они явились исторически обусловленным и закономерным этапом развития духовной культуры страны, этапом, который подготовил почву для философии Просвещения.
Дальнейшее развитие антисхоластических взглядов, усиление позиций науки, особенно естествознания, влияние зарубежной просветительской мысли явились важнейшими факторами, обусловившими переход к философии Просвещения.
