Значительный интерес представляют взгляды Снядецкого на процесс познания. Источником познания выступает чувство, ощущение, проявляющееся через зрение, слух, вкус, обоняние и осязание. Предметы воздействуют на наши органы чувств, что ведет к возникновению ощущений. Нервы являются органами ощущения и мышления; каждому духовному явлению соответствует определенное движение и изменение в нервной системе, каждое изменение в нервной системе влечет за собой изменения в ощущении и мышлении.
Способность человека к ощущению философ анализировал очень детально и всесторонне, используя достижения различных областей научного знания, опираясь на данные современных ему физиологии и психологии. Он утверждал, что имеются различия в ощущениях животных, детей и взрослых, что чувства ребенка как бы спрятаны во мгле и мраке, которые с годами развеиваются. К старости чувства угасают, вместе с ними теряется способность понимания и мышления, увядает память.
Снядецкий признавал, что познание складывается из двух основных ступеней, первая из которых – чувственное познание. Но он не был безоглядным сторонником сенсуалистов, по мнению которых нет ничего в разуме, чего бы изначально не было в чувствах, не соглашался с концепцией чистого эмпиризма, критиковал концепцию исчезновения мышления в чувствах, свойственную Гельвецию. Философ ближе к Дидро, который отмечал, что мыслить – не значит ощущать. Как и Дидро, Снядецкий выступал против недооценки роли абстрактного мышления, дедукции. Абстрактное мышление – мощное средство познания действительности. Абстракции необходимы в повседневной жизни и являются обязательным условием науки.
Решительно отвергал Снядецкий учение о врожденных идеях. Все рассуждения подобного рода, по его мысли, мираж, который не согласуется с человеческой природой и с простым тезисом: то, что может быть приобретенным, не может быть врожденным.
Снядецкий затрагивал также проблему теории и практики. Согласно его точке зрения, теоретические построения, которые не проверены опытом, практикой, схоластические, нежизненные. Им сделаны определенные шаги и в методологии. Философ придавал исключительное значение индукции. В то же время он сделал правильный вывод о неразрывной связи между индукцией и дедукцией в научном познании. Значение анализа и синтеза ученый исследовал сначала в математике, затем пришел к некоторым философским обобщениям. Он полагал, что правильное сочетание анализа и синтеза – путь к развитию любой науки.
Оценка трансцендентального идеализма Канта – один из важнейших разделов философии Снядецкого. Возможно, философ не во всем прав, но его позиция важна и интересна. Дело в том, что в конце XVIII – начале XIX в. в Польше и Беларуси философские сочинения Канта нередко интерпретировались в духе борьбы с идеями Просвещения, сенсуализмом, эмпиризмом.
Снядецкий также выступил против некоторых кантовских идей. Он указал на четыре ошибочных, по его мнению, положения Канта. Первое заключается в том, что Кант с недоверием относится к данным, полученным при помощи человеческих чувств. Вторая ошибка Канта в том, что он рассматривает душу, которая мыслит, но лишена ощущений. По Снядецкому, это нечеловеческая душа, ибо каждый знает, что человек, лишенный какого-либо органа чувств, не может иметь никакого представления о вещи, познаваемой при помощи соответствующего чувства. Третье ошибочное положение – априоризм. Снядецкий как математик не соглашался с тем, что априорные математические формулы базируются исключительно на априорности времени и пространства. И наконец, Снядецкий критикует Канта (четвертый недостаток) за усложнение философской терминологии и структуры философского знания.
Отметив некоторые действительно слабые места в теории Канта, Снядецкий вместе с тем недооценил новаторский дух его философии, в частности мысль немецкого философа о субъективной форме познания и продуктивную идею об активной роли субъекта в процессе постижения явлений.
Философ Аниол Довгирд (1776–1835) родился в имении Юрковщина Мстиславского уезда, учился в школе иезуитов в Мстиславле, в школе пиаров в Дубровне. После учебы в Виленской академии Довгирд преподавал в пиарских училищах Лиды, Витебска, Щучина, Любетова и др. С 1818 г. он читал в Виленском университете лекции по логике и психологии, позже вел полный курс теоретической и практической философии.
