Когда мисс Лотт впервые увидела Босфор, оказавшись на его берегах в обществе нескольких членов семьи египетского паши, прибывших в Стамбул, чтобы засвидетельствовать свое почтение турецкому султану, она обнаружила, что всемирно известный своей красотой вид пролива портили покачивавшиеся на его водах корзины, в которых находились головы или даже целые тела женщин, уличенных в прелюбодеянии или же просто ставших жертвами мнительной мужской ревности. Когда она поинтересовалась у египетских евнухов, каким же образом, по их мнению, казнят несчастных женщин, ей с улыбкой ответили, что в большинстве случаев для этого применяется удавка, а исполнителями приговоров являются члены братства, к которому имеют честь принадлежать и ее собеседники. Затем среди этих виртуозов по части душегубства возникла жаркая дискуссия технического характера относительно наилучших методов осуществления этого вида казни. При этом не обошлось и без определенной доли хвастовства и противоречий, как это бывает у английских игроков в гольф и заядлых рыболовов.
Жизнь турецких женщин, хоть и таила в себе определенный риск, все же показалась мисс Лотт гораздо более интересной и цивилизованной, нежели скучное и нудное существование, которое влачили их египетские сестры. Обитательницы турецких гаремов очень мило пели, умели прекрасно вышивать и играли в карты. Кроме того, они справлялись и с обычными домашними обязанностями. Мисс Лотт нашла качество их одежды, устройство зданий, в которых они жили, а также мебели, которой были обставлены жилые комнаты, «несравненными» относительно подобных условий жизни египетских одалисок, с которыми она уже ознакомилась.
В иерархии султанского гарема, взятого в целом, существовало в тот период пять категорий. Первыми по старшинству шли любовницы его величества, которыми были по большей части женщины греческого и кавказского происхождения. Ко второй категории принадлежало около семидесяти одалисок из личного штата монарха. Из их числа он время от времени отбирал кандидаток для пополнения первой категории. Затем следовали старшие служанки, детские няни и, наконец, те, кто выполнял самую грязную и тяжелую работу по хозяйству. Разумеется, все эти категории комплектовались из невольниц. В общей сложности персонал гарема насчитывал около трех сотен женщин. Это были в основном черкешенки, гречанки, египтянки и эфиопки. Очень немногие помнили своих родителей или место, где родились, так как почти все они попали в плен к туркам в раннем детстве.
Из любовниц, принадлежавших к первой категории, избиралась «султанша года», или временная фаворитка султана. Ее сразу же подстерегала опасность быть отравленной своими разочарованными соперницами, которые теперь должны были ей повиноваться. Однако, если эти козни терпели крах и «султанша года» не только оставалась в живых, но и рожала сына, все ее волнения заканчивались, так как любое покушение на жизнь матери вероятного султана могло стоить жизни покушавшимся. Ее насильственная смерть могла привести к массовой казни всех обитательниц гарема.
Своей зловещей репутацией старый сераль обязан подлинным фактам. Однако эти же факты дали пищу бессчетному количеству вымыслов и легенд. Автором одной из самых занимательных историй является не только женщина, но еще и турчанка, поэтесса Лейла Ханум. В 1833 г. она опубликовала книгу на французском языке, дав ей интригующее название «Трагедия в Константинополе». Ее действие начинается в 1851 г. и заканчивается восшествием на трон Абдул-Гамида II в 1876 г. Сюжет отличается некоторой сложностью, так как типичная мелодрама развивается на фоне реальных событий, имевших место в истории Турции того периода. Однако некоторые эпизоды, непосредственно касающиеся гаремных нравов, заслуживают упоминания.
Пожилая супружеская пара бедняков получает на Пасху подарок от неизвестного благодетеля. Этим подарком оказываются новорожденный младенец женского пола и деньги – сумма, эквивалентная ста английским фунтам стерлингов. Сразу же после того, как сверток с вышеописанным содержимым был подброшен через открытое окно, муж выходит на улицу посмотреть, не удастся ли опознать дарителя. Он сталкивается с рассерженным евнухом из султанского двора, который, очевидно, ищет что-то или кого-то, и сразу же делает вывод, что предметом поисков евнуха, скорее всего, является подкидыш, только что оказавшийся у него в доме. В действительности такие случаи тогда были не редкостью. Если у слишком впечатлительной одалиски рождалась девочка, роженица иногда пыталась отдать ребенка в более надежные руки, чем те, которые удавалось найти в серале. В этом случае власти могли пожелать установить местонахождение такого ребенка во избежание возникновения в будущем претензий определенного рода.
