— Должен же быть какой-то выход. Что если попробовать откупиться от бандитов? Если они будут просто нападать на каждый караван на своем пути, то скоро им будет некого грабить. Купцы просто начнут избегать этих мест, это не принесет им выгоды, — размышляла она вслух.
— Тебе известно, чья это была банда? Ты сказала, что почти всех убили. Значит, кто-то все-таки выжил, — поинтересовался он.
— Прости, но у меня есть только слова выживших. Бандиты отпустили только женщин и детей. Вот только они не назвались, а выжившие не помнят ничего, что могло бы помочь идентифицировать банду, кроме того, что она была большой, — ответила она.
— Самая большая банда, якобы, у Верика Волка, но он обычно действует на северо-востоке Девешура. По слухам, он пытается установить там что-то вроде военной диктатуры. К тому же, у этого человека совести не больше, чем у хобгоблина, лично я сомневаюсь, что он бы отпустил пленных. Они — слишком ценный товар, — предположил он.
— Что верно, то верно. В наши дни почти не осталось преступников, у которых была бы хоть капля совести. Никто из них не чета Белому Ворону. Вот он был лихой разбойник. О нем до сих пор рассказывают истории. Они пользуются особой популярностью у молодых девушек, — с тоской вспомнила Клейя.
Зеккус улыбнулся. Он и сам в молодости слышал немало историй о Белом Вороне.
Он догадывался, что истории молодых парней сильно отличались от тех, которыми делились женщины. Однако и те, и другие, вне всякого сомнения, были в равной степени вымышленными. Зеккус заставил себя вернуться к делу.
— Есть несколько банд, которые могли отпустить мирных жителей. Вопрос в том, какие из них достаточно большие и могут находиться так далеко за Ривербендом. Лично я думаю, что это была Черная Змея. Ее всегда было трудно вычислить. Что-то непредсказуемое и дерзкое вроде этого как раз в ее духе, и у нее довольно большая банда, — предположил Зеккус.
— Надеюсь, ты прав. Я слышала, что она держит слово, если ее карманы наполнить достаточным количеством золота, — ответила его сестра.
— Возможно, но для того, чтобы заключить с ней сделку, нам, скорее всего, придется действовать через «Сломанное колесо». Эти мерзавцы, по сути, сами бандиты и сдерут с нас кругленькую сумму только за то, чтобы связать нас с ней, если вообще станут нам помогать, — сказал он ей.
Клейя наклонила голову на бок и, похоже, глубоко задумалась. Однако спустя всего пару секунд она улыбнулась и снова повернулась к Зеккусу.
— Предоставь это мне. Возможно, у меня там есть кое-какие контакты, которые можно использовать. Не факт, конечно, но мне там кое-кто задолжал услугу другую, — ответила она.
Зеккус нахмурился, услышав ответ сестры. Ему не нравилось, что она имеет какое-то отношение к «Сломанному колесу». Они притворялись обычным союзом торговцев, но ходили слухи, будто они замешаны во всевозможных неблаговидных делах. Им приписывали все — от принуждения к проституции до скупки краденого и убийств.
Зеккус был успешным опытным торговцем, и у него были веские основания полагать, что большинство этих слухов были правдой. Никто не знал, кто управляет компанией, но самый достоверный слух, который слышал Зеккус, гласил, что ею тайно владеет конгломерат старейших купеческих семей на континенте. Кем бы они ни были, у них были связи, ресурсы и крутой нрав, до которых ему было далеко.
— О чем задумался, братишка? Ты что-то притих. Знаешь, это довольно невежливо, — с усмешкой спросила его Клейя. Ее вопрос выдернул его из раздумий.
— Думаю, что со «Сломанным Колесом» лучше не связываться. Не хочу иметь с ними ничего общего. Они будут похуже убийц, — серьезно ответил он.
— Значит, с Черной Змеей ты готов иметь дело, а со «Сломанным Колесом» — нет? — спросила она с явным весельем в голосе.
Вопрос удивил Зеккуса. Подумав секунду-другую, он понял, что это действительно так, но прежде чем успел ответить, в дверь вежливо постучали.
— Входи, Грегори, — крикнул Зеккус.
В комнату вошел секретарь с двумя большими чашками чая, исходившими паром. Он быстро подошел и поставил их перед Зеккусом и его сестрой.
Клейя улыбнулась и поблагодарила мужчину, а Зеккус просто одобрительно кивнул. Выполнив свою работу, мужчина вышел из комнаты и тихо закрыл за собой дверь.
— На чем мы остановились? — спросила его сестра, сделав глоток чая.
— Я как раз собирался сказать, что люди из «Сломанного Колеса» мне, и правда, кажутся более отвратительными, чем обычные бандиты. Я могу понять преступников, которые служат Черной Змее и Волку. С одной стороны, я хотел бы, чтобы их всех повесили, но, с другой, должен признать, что они ступили на этот путь не от хорошей жизни. Со «Сломанным Колесом» все иначе. Бандиты, которые бороздят наши дороги, — это симптом времени. А «Сломанное колесо» — часть болезни, — серьезно сказал Зеккус своей сестре.
— Братишка, ты опять читал этих ужасных доимперских философов? Уж больно глубокая для тебя мысль, — пошутила Клейя.
