Он надеялся, что не стал жертвой гоблина или группы гоблинов, пожелавших снова занять его место в племени. Он был одним из старших гоблинов и сумел пробиться довольно высоко, хотя и был слишком ленив, чтобы пройти весь путь до конца и стать вождем племени.
Черный Коготь знал, что он гораздо сильнее нынешнего вождя, этого большого мерзкого гоблина. Он просто не хотел с ним драться…
Однако в последнее время молодые гоблины начали наглеть, и еды стало не хватать. Канализация не была рассчитана на такие аппетиты. Закрыв лицо руками, Черный Коготь сквозь пальцы огляделся в поисках своих обидчиков.
Он был снаружи, а вокруг не было ни души! Неужели тот, кто напал на него, уже ушел? В этот момент он согнулся пополам, и его вырвало, а нутро скрутило так, словно оно кишело змеями.
Ох, так вот они где! Похоже, эти негодяи забрались к нему в живот и теперь избивали его изнутри. Гоблин застонал и отчаянно попытался вернуться в бессознательное состояние, чтобы не чувствовать боли.
Однако задремать ему не удалось. Он вдруг почувствовал, как кто-то схватил его за шею и поднял в воздух. Он был слишком слаб, чтобы сопротивляться. Он только и мог, что стонать и дергаться, но, в конце концов, сдался и обмяк. Что, черт возьми, происходит? Он не мог вспомнить, где находится, и лишь надеялся, что смерть будет, по крайней мере, быстрой.
Рука внезапно отпустила его, и Черный Коготь болезненно приземлился на что-то плоское и твердое, кажется, плохо оструганные доски. Удар сотряс его и на секунду разогнал туман в голове. Его звали Черный Коготь, у него было имя. Он вспомнил, где находится.
Да нет же, это просто дурной сон. Пауки были слишком ужасны, чтобы быть реальностью!
Пошатываясь, Черный Коготь сел и огляделся. Он сидел на краю одной из повозок, которые захватили разбойники. Над ним горой возвышался его хозяин, Сэйтер, заслоняя собой солнце.
— Доброе утро, Черный Коготь! — ехидно поприветствовал его Сэйтер, когда гоблин поднял голову.
— У-у-у, — простонал Черный Коготь и попытался снова свернуться в клубок.
Сэйтер усмехнулся и рывком снова усадил его. Как только разведчик убедился, что ему удалось завладеть вниманием гоблина, он продолжил.
— Это будет тебе хорошим уроком, будешь знать, что алкоголь не для гоблинов, — сказал Сэйтер.
— У-у-у, — стонал Черный Коготь.
— Сиди здесь, в повозке, Черный Коготь. Я оставил тебе немного еды и воды. Позже я вернусь и проверю, не стало ли тебе лучше, — сказал Сэйтер дезориентированному гоблину.
Затем хозяин порылся в сумках, после чего оставил гоблина и ушел.
Со стоном Черный Коготь рухнул обратно на пол повозки. Спустя пару мучительных минут раздалось ржание лошадей, и повозка с рывком тронулась с места. Черный Коготь снова ехал на тряской повозке по лесной дороге. По крайней мере, на этот раз он не был заперт в клетке.
Тем не менее, это был худший день за всю его жизнь. Никогда прежде ему не было так больно и плохо, а это о многом говорило, учитывая, что раньше он жил в канализации и питался отбросами.
Он лежал рядом с вещами Сэйтера, чувствуя себя так, словно в желудке копошились живые крысы, а по голове его били дубинкой. Повозка скрипела и подпрыгивала на кочках, и он то и дело стонал от боли. Теперь он думал, что сидеть в клетке было не так уж и плохо.
Зачем люди пьют эту отраву? Он ел тухлые рыбьи головы, только они были ему больше по душе, да и на вкус лучше! Может быть, это был какой-то странный человеческий тест на прочность? Если да, то он его прошел? Ну, а если это был тест на сообразительность, то он явно его провалил.
По крайней мере, хозяин оставил ему достаточно воды и еды. Впрочем, есть ему не хотелось. Все, что он мог делать, это лежать и стонать, надеясь, что поправится прежде, чем умрет, или прежде чем смерть станет желанной по сравнению с этими бесконечными мучениями.
Люди собрали большую часть ящиков и товаров из каравана и уложили их обратно на повозки. Затем бандиты свернули лагерь и собрали свои вещи. Не успело солнце взойти, как они уже двинулись тем же путем, по которому шел караван.
Большинство людей шли рядом с повозками, на которых громоздились ящики. Каждой повозкой правил возница, а еще несколько человек ехали сзади, как Черный Коготь.
Похоже, большинство пассажиров были ранены, потому что на них были повязки, а у некоторых отсутствовали кое-какие части тела. Впрочем, людям вряд ли были нужны все пальцы, да и от крошечных ушей, похоже, было не слишком много толка.
Спустя несколько часов тряской дороги Черный Коготь наконец почувствовал себя лучше. Он смог сесть и даже съесть немного баланды, которую оставил ему хозяин. Пища приятной тяжестью осела в желудке, и вскоре он немного оживился.
Гоблину даже понравилось сидеть на повозке, свесив ноги, и смотреть на проплывающие мимо деревья.
