31 мая Шабтай Цви публично провозгласил себя Мессией, и община во главе с раввином Наджарой признала его. Шабтай немедленно стал вести себя как подобает царю: передвигался не иначе как верхом на лошади и назначал своих последователей вождями двенадцати колен Израилевых.
Главный актер в этой драме был личностью незаурядной. Последователи Шабтая упоминали периоды депрессии, чередовавшиеся с периодами «озарения», когда Шабтай совершал «странные поступки», намеренно шокируя публику. Сын богатого купца из Смирны, он рано получил известность как знаток Талмуда, а подростком приступил к изучению каббалы. После двадцати лет он предался аскезе и уединению и вел себя все более странно; по временам заявлял о способности к левитации. Он дважды женился, но оба раза так и не вступил в супружеские отношения. Между 1646 и 1650 годами стало ясно, что он считает свое призвание куда более высоким; согласно позднейшим саббатианским традициям, впервые он решил, что является Мессией, в 1648 году — в год, в который, по его мнению, пророчества книги «Зоѓар» обещают воскресение мертвых. К 1651 году его эксцентричное поведение переполнило чашу терпения смирнских раввинов, и он был подвергнут
Новости из Газы быстро облетели всю Палестину. Не все евреи встретили их восторженно. Иерусалимский раввин знал Шабтая Цви много лет, и когда Шабтай явился в святой город в сопровождении огромной толпы, большинство не приняло его. Однако нескольких важных представителей общины удалось убедить, остальные же проявляли сдержанность, изгнав Шабтая Цви из собственного города, но никак не противодействуя все более исступленным заявлениям о Мессии, которые распространял Натан. Противостоять восторженным сторонникам Шабтая Цви было нелегко, а призыв Натана всему Израилю раскаяться, чтобы добиться немедленного избавления, должен был заставить раввинов поддержать новое движение. Ведь как не считать благочестивыми подвижников, смиряющих себя постом и другими видами аскезы?
Тем, кто поверил новому Мессии, уже трудно было пойти на попятный, хотя ответы на вопрос о том, что конкретно суждено совершить Шабтаю Цви, менялись с каждым новым откровением Натана. В сентябре 1665 года Натан написал одному из руководителей каирской еврейской общины, сообщив, что пришло время искупления и любого, кто противодействует этому процессу, постигнет несчастье. В сокрытом мире искры божественного огня более не подвластны силам зла. В ближайшем будущем Шабтай Цви станет царем вместо османского султана и последует ряд событий, в том числе и «родовые муки избавления» — период великих страданий. А в ожидании этого все должны раскаяться, поститься и читать молитвы [31].
К лету 1665 года слухи о драматических событиях на святой земле достигли даже Англии, а в начале октября история целиком, должным образом приукрашенная, рассказывалась по всей Европе. К тому времени Шабтай Цви вернулся на родину, в Смирну. В нескольких городах, через которые он проезжал по дороге, не обошлось без волнений: многие, как мужчины, так и женщины, начинали пророчествовать. По словам Баруха из Ареццо, эти сцены не отличались разнообразием:
Вот какова была манера пророчества в те дни: люди входили в транс и падали на землю, подобно мертвым, и дыхание совершенно покидало их. По истечении примерно получаса они вновь начинали дышать и, не шевеля губами, произносили те стихи из Писания, где восхваляется Бог, дающий утешение. И все говорили: «Шабтай Цви — мессия Бога Иакова». Очнувшись же, они не помнили ничего о том, что говорили и что с ними было.
Известные раввины заражались всеобщим исступлением ничуть не в меньшей степени, чем обычные жители [32].
Натан оставался в Газе, хотя и продолжал провозглашать весть о грядущем искуплении. Шабтай же, находясь в Смирне, к концу 1665 года стал говорить и действовать по-новому, что может быть объяснено только тем, что он окончательно уверился в собственной правоте. Через несколько месяцев аскезы и благочестивых молитв он начал прилюдно, сознательно ничуть не скрываясь, нарушать нормы
