В Карфагене поведение Магона вызвало жесткую критику. Магон в глазах его критиков не только не добился никаких успехов, но и в сильнейшей степени подорвал веру фактических и потенциальных партнеров в карфагенскую верность заключенным союзам. Кроме того, он не сумел противостоять грабительским походам Тимолеонта, которые он для пополнения своей военной казны предпринимал в карфагенской эпикратии. И наконец, он не смог помешать Тимолеон-ту добиться значительных политических успехов в самой карфагенской эпикратии. Тимолеонт не только сумел завладеть Энтеллой, городом, в котором с некоторого времени преобладали прокарфагенски ориентированные силы, но и добился, что элимские, сиканские и сикульские «союзники» были явно готовы пересмотреть свои политические позиции. Сицилиотские города, включая те, что находились в пределах карфагенской эпикратии, все без исключения присоединились к нему (343–342 гг.). В этих обстоятельствах карфагенские политики не видели другой возможности противостоять опасности, какую представлял Тимолеонт, кроме другого командования и более сильной армии. Они набрали новые войска в Карфагене и Ливии, а также прибегли к традиционной вербовке иберов, кельтов и лигуров.
Весной 342 г. карфагенские войска под командованием Гасдрубала и Гамилькара переправились на Сицилию. Они высадились в Лилибее.
Вместе с войсками и вооружением, которые уже находились на острове, они составили свыше 70 тысяч пехотинцев, 10 тысяч всадников, 200 военных кораблей, более тысячи транспортных судов, 10 тысяч боевых колесниц, запряженных четверкой, и 10 тысяч двойных запряжек. Плутарх утверждает, что их целью было «вытеснить всех греков с Сицилии». Это утверждение все же основывается в большей степени на высказывании современного или более позднего греческого пропагандиста, чем на взглядах карфагенского руководства. Действительные цели карфагенян были, по-видимому, более скромными: восстановить положение, существовавшее в 362 г. (?).
У нас нет информации о стратегическом плане карфагенских полководцев. Может быть, однако, из того, что один из полководцев повел карфагенскую армию к реке Кримис и оттуда намеревался двигаться дальше, можно заключить, что планировалось около Па-норма достичь северного побережья острова, а затем продвинуться к Мессане и с севера напасть на Сиракузы. Должен ли был флот под командованием другого полководца тоже двигаться вдоль северного побережья или плыть вдоль южного берега, неизвестно.
Когда в Сиракузы пришло известие о высадке карфагенян, Тимолеонт выстроил свои войска. Если даже утверждение Плутарха, что Тимолеонт располагал только 2 тысячами пехотинцев и тысячей всадников («перед лицом многих десятков тысяч»), надо принимать с оговорками, то все же несомненно, что греки численно далеко уступали карфагенянам. Тимолеонт решил не дожидаться карфагенян возле Сиракуз, а идти им навстречу, якобы для того, чтобы пощадить землю союзников, но, возможно, скорее, чтобы использовать момент внезапности. И он этого добился, ибо разведка карфагенян пропустила это. Когда 24 таргелиона 342 г. карфагенские войска перешли через Кримис, на них неожиданно напал Тимолеонт и, несмотря на численное превосходство карфагенян, одержал блестящую победу. Погибли все 2,5 тысячи воинов «священного отряда». Из остальных солдат 10 тысяч погибло, а 15 тысяч было взято в плен. Богатой была и добыча.
Остатки разбитой карфагенской армии отступили в Лилибей. Они явно не осмеливались переправиться в Африку, так как опасались гнева богов, а может быть, потому, что ожидали новых инструкций. Наконец, они, кажется, все же вернулись в Карфаген.
Тогда-то карфагеняне вспомнили о Гисгоне, который, может быть, был сыном Ганнона и, конечно, братом Гамилькара. Они оба ранее подверглись каре. Теперь Гисгона вызвали из изгнания и назначили полководцем. Конечно, Гисгон с 70 кораблями переправился на Сицилию только потому, что Гикет и Мамерк просили о новом вмешательстве карфагенян. Мотивы этих политиков проследить трудно, но кажется, что их поведение показывает, что положение карфагенян на Сицилии ни в коем случае не было безнадежным. Конечно, таким оно не было. Надо вспомнить, что, по крайней мере, флот, этот важнейший инструмент ведения войны карфагенянами, оставался полностью нетронутым. Следующие бои были, вероятно, отзвуками Кримиса. Около Мессалы — город, очевидно, вновь перешел на сторону карфагенян — Гисгон одержал победу над воинами Тимолеонта. Другая победа была одержана при Иатах. Гикет же потерпел поражение у реки Дамирий, и вскоре после этого в Леонтинах собственные солдаты выдали его Тимолеонту, который его казнил. Мамерк также проиграл сражение у реки Алаб (или Абол), и после того, как в Мессане сдался войскам Тимолеонта, он был осужден на смерть в Сиракузах.
