В какой-то момент я привычно провела анализ собственных эмоций, и вдруг поняла, что неосознанно держу неслабый щит, скрывающий и эмоции, и чувства от посторонних. Сердце бешено заколотилось, словно почуяв безмолвную подсказку. Подталкиваемая этим безотчетным пониманием, я сняла защиту перед Милордом, полностью раскрывшись и направив к нему поток своих чувств, как совсем недавно сделал он, чтобы поддержать меня в неприятной ситуации.
Почему-то в ответ на мой маневр портальную поляну начали заполонять белоглазые темные твари. Появляясь с вязкими хлопками, полуразложившиеся человеческие трупы живо направлялись в нашу сторону, минуя Сали и Тэрмода — может быть, не видели их из-за магического полога, а скорее всего, просто-напросто были натравлены именно на тех, кто держал портал.
Глаза Дэвоны и Миры расширились от ужаса, а лица наших мужчин исказила ярость, смешанная с беспомощностью — они не могли оторваться от камня, чтобы защитить любимых, но в свободных руках тут же появились мечи. Только дракон оставался абсолютно непроницаем, впрочем, в его левой руке я тоже увидела сверкающий клинок.
Понимая, что оружие сейчас не поможет, в лучшем случае, лишь отсрочит неизбежный конец, я закричала:
— Одэн! — кажется, впервые назвав Милорда по имени…
Дальнейшее происходило очень быстро, почти одномоментно, но проплывало перед глазами, как в замедленном кино, давая подробнейшим образом рассмотреть каждый кадр.
Раздался невероятный, оглушительный грохот, и в один миг на нас упала кромешная темнота, придавив неподъемной гранитной плитой.
В задрожавшем воздухе начали сверкать беспорядочные вспышки, совершенно не похожие на молнии или фейерверки. Они появлялись из-под земли и прямо в воздухе, окружающее пространство разрывалось от чистой энергии, которая, похоже, нашла выход к долгожданной, давно лелеемой свободе.
Будто врезавшись в невидимую стену, темные твари остановилась буквально в паре шагов от нас. Еще несколько мгновений я наблюдала за ближайшей ко мне особью, белые глаза которой противно вращались в черной клубящейся дымке, после чего толпа слуг Тьмы бесследно исчезла.
Правильные черты лица Милорда исказила гримаса боли. Не отрывая руки от кристалла, он содрогнулся всем телом, впитывая в себя растекающуюся Тьму, словно губка. И как только с магических кругов сошла чернота, вернулось чувство радости и счастья, отчего Мира и Дэвона синхронно заулыбались. Лица мужчин оставались напряженными.
Магические потоки Далака, Толона, Адохара, Лоллэйна и Тамхаса вернулись к своему удивительному волшебному танцу.
А в тот момент, когда пришел в движение поток лилового капучино, меня вдруг накрыло…
Это было сильнее, намного сильнее, чем при слиянии с Сердцем Магии. До боли зажмурив глаза, я еще раз прожила каждый миг предыдущей жизни (и хорошее, и плохое), вспомнила все, чему меня обучали в Зале Регалий — знания всплывали пластами, которые тут же «распаковывались», оседая где-то в подсознании уже в полноценном виде. А потом я, кажется, умерла, чтобы тут же возродиться подобно птице-фениксу, взорвавшись изнутри сверхновой звездой…
Придя в себя, открыла глаза и поняла, что вижу и чувствую иначе, чем прежде. Вздрогнула, заметив прямо перед собой повелителя демонов. С ума сойти — Джодок постоянно находился рядом с нами в личине Велима! Я увидела реальный облик Миры и Сали. Почувствовала необычайную нежность любви Джодока и Миры, Дэвоны и Лэйса. Настоящей любви…
Обратила внимание на магические потоки, пронизывающие все пространство — удивительная серебристая вязь, мерцающая разноцветными искорками, беспрерывно тянулась, превращаясь в изящное кружевное письмо. Похоже, это письмо выводил волшебным пером исключительно умелый мастер каллиграфии.
Я чувствовала каждого, кто стоял рядом со мной, а при желании и необходимости могла почувствовать и тех, кто в данный момент находился в других мирах… Наудачу потянулась к Тритису и поняла — мой друг уже родился! Ничего себе!
Все. Теперь я настоящий дракон. Это наконец-то произошло.
Ощутив понимающую улыбку Фрэннора, посмотрела на него и улыбнулась в ответ. Чувствовалось, что он очень рад за меня.
Преображение свершилось в доли секунды, хотя казалось — прошла вечность…
Милорд продолжал стоять, но теперь его глаза были закрыты, а в яркой, насыщенной ауре ясно читалась печать покоренной, запертой Тьмы.
Тьмы, которая больше не могла помешать нам. Как ему удается сдерживать ее в одиночку? Меня затопила волна необыкновенной нежности…
— Одэн, — прошептала я не губами, а сердцем, — я люблю тебя… Слышишь?
Я не могла не сказать эти важные слова, пусть пока не вслух, а лишь про себя, потому что именно здесь и сейчас окончательно и бесповоротно поняла, что так оно и есть. Я люблю этого человека, и точно знаю, что моя любовь взаимна.
И Милорд подтвердил это, потому что никак — вообще никак не мог услышать мысленно произнесенные слова признания, но услышал и тут же распахнул свои темные глаза-бездны. Измученное лицо озарила счастливая улыбка.
— Вита… Жизнь моя…
