Теперь я укладывалась спать под разными регалиями, начиная с той самой пары, возле которой красовались пятна моей крови. Сто восемь попыток ни к чему не привели, только по-моему, занятия во сне стали еще интенсивнее. Я уже готова была выть от безысходности, но тут вспомнила, что не опробовала последнее место — багровую звезду.
Сама по себе идея казалась легко выполнимой, но только на первый взгляд, ибо все мое существо противилось тому, чтобы спать в кромешной тьме Зала Регалий. Тогда я задействовала полумеры — хоть и с большим трудом, но заснула, держа в руках Иннара и Фэнтоса. Они, естественно, вовсю светились, разгоняя окружающий мрак.
Но ничего и не получилось. Проснулась в том же месте — на звезде, с воспоминанием, как во сне кто-то настойчиво отговаривает меня от глупого шага. Это убедило — я иду по верному пути, а неизвестный «кто-то» очень не хочет отпускать прилежную ученицу, пока она не выучит бесконечные уроки.
Поэтому в следующий раз собрала всю волю в кулак, и устроившись в центре звезды, спрятала мечи в ножны. Мгновенно наступила кромешная тьма.
И вот нелепость — вроде бы ничего страшного, даже обострившееся восприятие и умения мечей говорят, что вокруг все в порядке, опасности нет. Но первобытный ужас из-за того, что глаза перестали видеть, будто враз ослепла, заставлял снова и снова доставать один из клинков просто, чтобы убедиться — со зрением все в порядке.
В итоге я устала от этих дерганий, и в очередной раз убрав Иннара в ножны, наконец, заснула с мечами в руках, растянувшись на теплых камушках багровой звезды.
У Дэвоны ничего не получалось. Стоило Лэйсу снять контроль с ее эмоций, срыв начинался почти сразу. Казалось, она впала в сильнейшую зависимость от особенности эльфа, ведь раньше дроу не кидалась на окружающих каждые пять минут. Пару-тройку раз в день — да, но не чаще.
У них даже до близости дело не дошло — стоило Лэйсу отпустить ее эмоции, любящую Дэвону, которая хотела прижаться к эльфу и раствориться в нем, сменяла нервная, злая, не желающая иметь с ним ничего общего. Дроу просила Лэйса оставить контроль, но эльф категорически отказался, мотивировав свое решение тем, что это сильно исказит их чувства.
Поэтому они лишь целовались, страстно и волнительно, но Лэйс, удерживая эмоции дроу, никогда не давал переступить определенную грань. Это бесило Дэвону, которой казалось, что эльф не хочет помочь ей. А может быть, в действительности он просто-напросто не хочет ее?
— Тебе надо справиться самой. Я перекрываю поток твоих эмоций, но нельзя делать это постоянно, ты привыкнешь и совсем не сможешь контролировать себя, — сказал ей эльф через несколько дней.
— Так вот в чем дело! — воскликнула Дэвона, — А я-то не понимаю, что со мной происходит. Это началось сразу!
— Да, твоя неуравновешенность запредельна, смотри, даже мое недолгое вмешательство катастрофически отразилось на твоем эмоциональном фоне.
Если бы она сейчас могла обидеться, обязательно обиделась бы. Не получилось. Но обвинение, прозвучавшее из уст эльфа, Дэвона запомнила.
— Есть ты и ты, — между тем говорил Лэйс, нежно лаская ее пальцы, отчего дроу немного потряхивало, — первая ты — спокойная. Это состояние, когда я контролирую твои эмоции, вот как сейчас. Запомни его. Вторая ты — в своих переживаниях. Сейчас я уберу сдерживающий заслон, и сама поставь между этими двумя «я» толстую прозрачную стену. Тогда больше ничто не помешает тебе жить.
И они тренировались. Лэйс раз за разом снимал контроль и вновь ставил его, но дроу никак не могла представить пресловутую «стену».
К тому же Дэвоне мешала Сали. Девушка считала, что дроу будет лишь «использовать» эльфа в качестве мужчины (как же ужасно это звучит!), а все остальное внимание Лэйса по-прежнему останется ей. Поэтому занимались они мало. Объяснить Сали, что Дэвоне необходимы длительные тренировки, не получилось.
— У вас же все хорошо, — удивленно говорила Сали, — вы с Лэйсом дважды в день уходите туда, — махнула она рукой в сторону, — неужели тебе мало?
И лезла обниматься к эльфу, не желая слушать, что «туда» они ходят совсем для другого.
Дэвона отчаянно ревновала, причем даже тогда, когда эльф контролировал ее эмоции. Правда, сейчас она злилась больше не на Сали, понимая, что с той все равно взять нечего, а на Лэйса, который ни разу не отказал Сали. Но и девушка нисколько не помогала Дэвоне, уводя эльфа в лесок даже чаще, чем раньше, в том числе сразу после их возвращения оттуда с Дэвоной.
— Лэйс, а ты силен, — восхитилась однажды Сали вслух при дроу, — как же мне повезло!
Похоже, она просто проверяла его на мужскую силу, и не теряла уверенности, что эльф был и остается ее и только ее мужчиной.
Дэвона была уверена, что Лэйс отлично понимает ее терзания, поэтому оказавшись в очередной раз в его теплых объятиях, решительно заявила:
— Я больше так не могу!
— Что случилось? — спросил эльф, ласково целуя макушку дроу.
