По пути в Н-ск Левин несколько раз предпринимал попытки обнаружить за собой «хвост». Делал это демонстративно, чтобы водитель видел, как он старается, и смог вечером рассказать Седому о его потугах. В конце концов он перестал крутиться, словно заводная юла и, успокоившись, стал рассказывать сопровождающему эпохальные вехи своей героической карьеры сотрудника Федеральной службы безопасности. За разговорами время летело незаметно. Без пятнадцати час автомобиль затормозил поблизости от военного городка, Левин вылез из машины и неспешно направился к магазину, на углу которого остановился и стал рассматривать прохожих.
Бригада наружного наблюдения ни на минуту не теряла объекта из поля зрения, фиксируя малейшие детали его поведения, она докладывала по рации своему начальнику, находящемуся в отделении УФСБ. Поэтому Калинин все лично слышал в прямом эфире и мог через Плетнева давать указания сотрудникам оперативно-поискового подразделения УФСБ.
– Первый, объект прибыл к магазину «Электрон». Остановился и осматривается, – по станции раздался приятный голос разведчика.
– Сорок пять, – отреагировал Плетнев. – Третий и четвертый, доложите о готовности.
– Четвертый, объекта вижу.
– Третий, веду съемку, – этот голос принадлежал женщине.
– Сорок пять, – снова сказал Плетнев.
Неожиданно Полевин улыбнулся и сказал:
– У тебя, Алексеевич, бабы с такими сексуальными голосами, что можно и заработать на твоем подразделении. Организовать контору «Секс по телефону». Мы бабок будем иметь – во! – он ребром ладони прошелся по своему горлу.
– Ты на чужое не зарься. Бабы наши, значит, и деньги тоже будут нашими, – он продемонстрировал смачную фигу и рассмеялся.
– Внимание, объект направился в сторону военного, – прервал шутку голос из рации. Калинин напрягся и шепотом сказал Плетневу:
– Главное, теперь установить вояку. Алексеевич, вся надежда на вас!
Алексей Алексеевич, сурово посмотрел на друга и, покачав головой, произнес в микрофон:
– Если будет контакт, первая группа работает за военным.
– Сорок пять, – ответил разведчик.
– Есть контакт. Объект подошел и что-то спрашивает у военного. Мы снимаем. Голос не слышим. Сильные помехи, – доложила женщина.
– Да хрен с этим голосом. Я ему диктофон дал, – вырвалось у Калинина.
– Работаем с дальних дистанций, – отдал указание Плетнев.
– Все, они разошлись. Меньше минуты разговаривали. Военный пошел дальше, а объект направился в сторону машины, – доложил разведчик.
– Алексеевич, родненький, не упустите вояку, с меня пузырь, – залепетал Калинин и потер руки.
– Так, первая и вторая группа работает за воякой, остальные сопровождают объекта, заводят в адрес и снимаются.
– Сорок пять, – доложил первый.
– Сорок пять, – доложил второй.
– Сорок пять, – доложила третья.
После доклада подчиненных Плетнев встал со стула и весело обратился к Калинину:
– Теперь дело техники. Мои ребята сейчас военного не отпустят. Я свою работу выполнил. Могу идти на заслуженный отдых. Что ты там про обед говорил?
– Да, Юрьевич, что? – поддакнул Полевин и облизнулся.
– Обещал накормить, значит, накормлю. У меня, кстати, все готово. Мне уже доложили, будет фирменная требуха, котлеты…
– Постой, постой, постой, ничего не говори, – заголосил Полевин. – Ты что, смерти нашей желаешь? Захлебнуться можно, – он с гортанным звуком сглотнул слюну.
– А я бы хотел услышать весь список, – рассмеялся Плетнев.
– Это первый, военный зашел в пятиэтажный дом, второй подъезд, квартира сорок три. Сейчас через ЖЭК установим жильцов, – снова разведчики доложили по рации.
– Спроси, они фотку сделали? – поинтересовался Калинин у Плетнева.
– Объекта сфотографировали? – прошумел в микрофон Алексей Алексеевич.
– Сделали и видео, и фотографии. Можно идентифицировать, – прозвучал доклад.
– Юрьевич, давай, бросай эту работу, жрать пора. Война войной, а обед по распорядку, – возмутился Полевин.
– Давай дождемся, Василич, а потом со спокойной совестью ударимся во все тяжкие, – предложил Калинин.
– Это ж сколько ждать-то? Час, два, три? За это время можно язву желудка заработать.
– Алексей Алексеевич, а ты как думаешь?
– Я как все. Можно пообедать, а потом кидаться во все тяжкие.
– Ладно, поехали, только предупрежу Антонину Васильевну, чтобы позвонила, когда Петров прибудет.
– Юрьевич, ты ее лучше предупреди, если твой Петров появится, пусть она ему скажет, чтобы к 16 часам приходил, – посмотрев на часы, сказал Плетнев.
– Рано в шестнадцать, лучше в восемнадцать пусть приходит.
– К восемнадцати, Васильевич, ты уже будешь таким, – улыбаясь, Калинин, продемонстрировал пьяного Полевина, который еле-еле держался на ногах.
Получилось это так наглядно, что все без исключения рассмеялись, и Игорь Васильевич, махнув рукой, заявил:
– Ладно, ни вашим, ни нашим: в семнадцать.
Без десяти пять Калинин был на рабочем месте. В приемной его поджидал Петров. Легкий румянец на щеках, слегка подрагивающие руки и бегающий взгляд не остались незамеченными подполковником. Посетитель явно нервничал, однако, пытаясь скрыть свои чувства, обворожительно улыбался.
