Только Полевин протянул руку к аппарату, как раздалась телефонная трель. Плетнев, словно почувствовал, что именно в этот момент о нем идет речь, дал о себе знать.
– Я же говорил, что объект на месте. Мои подчиненные, если зацепятся, то никакая сила их не оторвет, – сквозь бульканье засекреченной связи раздался его настойчивый баритон.
– Точно, Алексеевич, а то, может быть, ты своих защищаешь?
– Точнее быть не может. Мои под легендой сотрудников домоуправления зашли к нему домой, электросчетчик проверить. На месте он.
– Ладно, верю на слово. Держите до последнего.
– До вечера?
– До какого вечера? Переходим на круглосуточный режим работы. Поэтому подтягивай, если нужно, дополнительные силы. И с утра надо устанавливать наблюдение за нашим заявителем.
– Понял тебя, Васильевич, – напоследок сказал Плетнев и отключился. Полевин задумался, держа перед собой телефонную трубку, из которой доносились короткие гудки. – Что, Васильевич, не весел, буйну голову повесил? – улыбаясь, пошутил Калинин.
Игорь Васильевич пришел в себя и, положив трубку на аппарат, угрюмо произнес:
– Объект у себя дома. Тогда кто же звонил? Может быть, отошники что-то напутали?
– Никто ничего не напутал. Вот видишь, что-то не то. Не нравится мне это. Придется тебе завтра бежать за коньяком.
– Да не может быть такого, – Полевин встал и направился к буфету, молча открыл его и, разлив коньяк по рюмкам, позвал Калинина: – Иди, Юрьевич, хлобыстнем с горя.
– Да не расстраивайся ты так. Что, это первое дело, которое мы запихнем в корзину? У нас таких дел процентов под пятьдесят, и ничего, – Калинин взял в одну руку рюмку, в другую ломтик лимона и залпом выпил, не дожидаясь аналогичных действий своего друга.
Тот неодобрительно посмотрел на Калинина и в точности повторил манипуляции, крякнул и сморщился. Потом посмотрел на часы и спросил:
– Куда запропастился твой сотрудник? Нашел ли он видеозапись?
– Да куда он денется? Найдет и появится. А что это, в конечном счете, нам даст?
– Как что? Мы человека будем знать. А знание – половина успеха.
– Хорошо, сейчас разыщу, – Калинин подошел к телефону и набрал номер дежурного ЛОВДТ на железнодорожном вокзале: – Это начальник ФСБ. Скажите моего сотрудника нет у вас?… Есть? Очень хорошо… Пригласите… Нашел?… Молодец, Виталий… Давай, неси побыстрее, а то Игорь Васильевич нервничает.
Положив трубку, Калинин подмигнул другу и сказал:
– Все отлично. Через пару минут сотрудник принесет диск, и мы поглядим на звонившего.
– Вот это уже неплохо, – потирая руки, обрадовался Полевин и снова открыл двери шкафа. Через секунду оттуда раздалось мелодичное бульканье.
– Эх, Васильевич, спаиваешь ты меня, – покачал головой Калинин и направился поближе к другу.
Оперуполномоченный отделения капитан Виталий Савельев подошел через десять минут. В руках он держал диск.
– Вот, Андрей Юрьевич, здесь запись с трех видеокамер. На вокзале три телефона-автомата. Все они контролируются. В указанное вами время звонили по двум. Я на всякий пожарный случай скопировал все три записи. Вдруг время было указано не точно. Всякое может быть.
– Что, товарищ капитан, звонили одновременно? – спросил его Полевин.
– Нет, Игорь Васильевич, не одновременно. С интервалом две-три минуты. С одного – женщина, с другого – мужчина.
– Так, баба нам не нужна, а вот мужик ой как нужен. Давай, запускай компьютер. Смотреть будем.
Новенький компьютер, недавно подаренный отделению областной администрацией, завелся, как говорится, с пол-оборота. Он тихонько заурчал. Включился монитор, демонстрируя последнюю версию Windows XP. Он протестировал сам себя и приготовился к работе. Засунув компакт-диск в привод, компьютер недовольно зашумел, но все же выдал на экран картинку. Видеоряд был прерывистый, но разобрать было можно. Мужчина в спортивном костюме, беспокойно озираясь, вставил карту в таксофон и набрал номер. Судя по количеству нажатий, обращался он к мобильной связи. Проговорил недолго, ровно столько, сколько указала сотрудница оперативно-технического отдела. Вынув карту, он удалился.
– М-да, – после просмотра произнес Полевин.
– Игорь Васильевич, а остальные записи смотреть будем? – спросил его капитан.
– Не надо. Что время попусту тратить, – сказал Калинин и, задумавшись, спросил, – Васильевич, что ты можешь сказать об этом человеке?
– Возраст, около тридцати пяти – сорока лет. Короткая прическа, присущая либо военным, либо уголовникам.
– Мне кажется, Игорь Васильевич, этот тип больше на преступника похож. Опять же, спортивный костюм… – неуверенно сказал Савельев.
– Ты думаешь? – Калинин потер нос.
– Мне кажется, да, Андрей Юрьевич. Видите, как он озирается по сторонам, словно опасается кого-то?
– Виталий, я на его месте тоже бы озирался. Он же готовится к противоправной сделке, – тихо произнес Полевин.
– Нет, на военнослужащего он не похож. Походка не та. У военных людей она пружинистая, а у него какая-то крадущаяся. Он слегка пригибается.
