Сергей Владимирович Евсеев был тертым калачом. Глядя на его поросшее недельной щетиной ехидно ухмыляющееся лицо, было крайне тяжело установить связь между ним и столь почтенной организацией, как Федеральная служба безопасности. Больше всего он, пожалуй, походил на предводителя банды рэкетиров из какого-нибудь нынешнего боевика. Когда он вот так вот, в легонькой футболке прогуливался по вечерним улицам Н-ска, наглядно демонстрируя прохожим, чем бицепс отличается от трицепса, постовые милиционеры стыдливо отворачивались, а розничные торговцы подсчитывали в уме процент выручки, подлежащей немедленной отдаче ему. Конечно, по объему мышц до какого-то там нынешнего губернатора Калифорнии он не дотягивал, но доведись бы им встретиться на узкой тропе войны, в хождении по которой Сергей Владимирович явно преуспел, отслужив в горячих точках Северного Кавказа добрый десяток лет, Шварценеггер остался бы без головы раньше, чем успел произнести какую-нибудь свою коронную голливудскую фразу.
Чечня, Ингушетия, Дагестан, Адыгея… География его службы была обширной, а дела – героическими, отмеченными на подполковничьем кителе тяжелым грузом боевых орденов и медалей, да отразившимися на здоровье – огнестрельным ранением и контузией.
Косая сажень в плечах, накаченные мышцы, пудовые кулаки делали его внешний вид колоритным. Вот только в его глазах, в которых читались мудрость и доброта, чувствовались диссонирующие ноты. В обычной жизни глаз он не прятал, а вот когда приходилось работать, он их скрывал, обволакивая маской нечеловеческой жестокости. В такие минуты смотреть в них было невозможно. Преступники терялись, потупляли взгляд и беспрекословно выполняли его требования, осознавая, что от такого человека можно ожидать чего угодно. Убьет не поморщится. Что касается того, убивал он кого-то или нет, это тайна за семью печатями. Он не любил распространяться по этому поводу. Однако факт оставался фактом: табельный пээм, выглядевший в его больших ладонях игрушечным, превращался на тренировках по стрельбе в смертоносное оружие, поражавшее исключительно центр любой мишени.
– Серега, ты готов? – первым делом спросил его Полевин.
– Готов. Только надо вначале на посредника посмотреть и вместе с ним разработать легенду. Чтобы он продавцам мог внятно ее сообщить. Кто я, откуда и зачем мне такое количество стволов…
– Это мы мигом организуем. Позвоним, и наш Петров сразу появится. Он у нас на постоянной связи. Да, Юрьевич?
– Так-то оно так, Васильевич, однако у меня так и остаются сомнения в его благонадежности.
– Юрьевич, оставь свои сомнения при себе, – вспылил Полевин. – Мы же договорились, что доведем дело до конца, а потом будем принимать соответствующие решения. А сейчас условно считаем, что информация Петрова реальная. Соответственно, вся наша работа должна быть направлена на документирование фактов сбыта преступной группой крупной партии средств поражения. Что не понятно?
– Понятно, – пробурчал Калинин и опустил глаза.
– Тебе, Сергей Владимирович, понятно?
– Я что? Я готов. Давайте, вызывайте вашего Петрова, и я его постараюсь научить, как Родину любить, – улыбнулся Евсеев.
– Вот, Юрьевич, учись у Сергея Владимировича. А то заладил: сомневаюсь я, сомневаюсь. Тем более, сейчас мы на него повесим хитрую технику, и она нам все подскажет.
– Ну тогда что, Васильевич, я буду звонить ему?
– Звони, вызывай. Еще раз на него посмотрим.
Петров не заставил себя долго ждать. Надо отдать ему должное, он был скор на сборы. Появился в течение двадцати минут и снова с одышкой. В кабинет он вошел крадучись. Осмотрев посетителей, он браво представился:
– Товарищ полковник, капитан Петров по вашему приказанию прибыл. В этот раз он учел замечания Полевина и сделал ударение на слове «прибыл».
– Проходи, капитан, садись. В ногах правды нет, – словно хозяин, произнес Полевин и рукой указал на свободный стул.
Петров сел и снова посмотрел на Евсеева, а потом спросил, обращаясь к Полевину.
– Это тот самый человек?
– Он самый, капитан, он самый. Сергей Владимирович.
Спецназовец молчаливо с интересом и подозрением стал рассматривать предполагаемого покупателя оружия. Затем почесал макушку и сказал:
– Нет, он не подойдет.
– Это почему же? – удивился Полевин и, подойдя к Евсееву, погладил того по могучему плечу.
Сергей Владимирович туманно улыбался, не говоря ни слова.
– Так он на сотрудника ФСБ похож.
– С чего это ты взял? – снова удивился Полевин и, нагнувшись, посмотрел в глаза Евсеева. – Я бы сказал, что он больше на бандита похож, чем на нашего брата. Вроде бы лицо не отягощено интеллектом, – собственная шутка ему понравилась, и он раскатисто захохотал.
Скорее всего, подполковнику надоело выдавать из себя этакого простачка и он, вставая во весь свой двухметровый рост, грозно произнес:
– Слышь, зема, ты за базаром-то следи, а то ненароком можно кое-чего лишиться. Здоровья, например.
