С папой Каликстом III (1455–1458) на сцену выходит каталонское семейство Борджиа. Альфонсо Борджиа был знатоком канонического права; на папский престол он был избран, будучи епископом Валенсии. С ним в итальянской политической жизни достиг своей кульминации процесс превращения семей – поставщиков пап – в семьи властвующие. Папа Борджиа едва ли не на все руководящие посты в Церковном государстве и в Курии посадил своих родственников и каталонских единомышленников. (В католической церковной истории это объясняют тем, что только им папа мог доверять.) Начальником стражи замка Святого Ангела и заодно кардиналом папа назначил своего племянника, Педро Борджиа. Другого племянника, Родриго Борджиа, он сделал кардиналом в возрасте 25 лет. При Каликсте испанское доминирование в центральном церковном руководстве становится бесспорным фактом. Впрочем, само избрание Альфонсо Борджиа папой явилось результатом стремительно растущего влияния испанской великой державы, находящейся в этот период на подъеме; в зоне этого влияния оказалась и Италия. Каликст III не был гуманистом, он был холодным, замкнутым в себе юристом-церковником и политиком, которого римляне не любили уже за то, что он иноземец; и вообще они с недоверием приняли этого старого кардинала-каталонца, а хлынувшую вслед за ним армию родственников – просто с неприязнью.
Главной задачей, стоявшей перед папой Каликстом III, было завершение подготовки Крестового похода против турок. Работая над этим, он развил широкую дипломатическую деятельность. 15 мая 1455 г. он издал буллу, в которой объявлял о Крестовом походе и о его целях, разослал легатов по всей Европе и распорядился о взыскании особой папской десятины на финансирование похода. (Так возник еще один, новый вид папского налогообложения, предлогом для которого были расходы на борьбу с турецким нашествием. Первые ренессансные папы действительно намеревались использовать десятину на благородные цели; преемники же без стеснения тратили собранные средства на покрытие стремительно растущих расходов папского двора.) Пропагандистами Крестового похода, начало которого было назначено на 11 марта 1456 г., были францисканцы; самый известный из них – святой Иоанн Капистран. По плану, разработанному папой, напасть на турок предстояло сразу на суше и в море: на Балканах командовать войском должен был Янош Хуньяди, морскую же операцию обеспечивали папа и Венеция. Для этой операции Каликст III даже создал самостоятельный папский военный флот. Однако, несмотря на все усилия папы, борьба против турок легла в тот период главным образом на плечи венгров и албанцев. Французы и венецианцы военную кампанию не поддержали: они размышляли, не лучше ли заключить союз с турками. Чтобы поддержать Хуньяди, папа в 1455 г. послал к нему легатом кардинала Карвахаля, который должен был стать посредником для передачи материальной помощи Хуньяди. (Карвахаль в 1447–1449 гг. уже служил легатом в Венгрии.) Чтобы заручиться помощью небес, папа дал указание всему христианскому миру ежедневно в полдень звонить в колокола. В 1456 г. армия крестоносцев под предводительством Яноша Хуньяди одержала блестящую победу над турками под Нандорфехерваром (ныне Белград); благодаря этому удалось задержать продвижение османских завоевателей почти на полвека. (Чума, эпидемия которой началась вскоре после этой победы, унесла жизни и Хуньяди, и Капистрана.)
Провал замысла общеевропейского антитурецкого объединения подорвал здоровье папы. После его смерти в Риме начались беспорядки. Мятеж был направлен против иноземного – в данный момент испанского – засилья, против династии Борджиа, – это можно было воспринимать и как намек на то, что не так уж и легко, попав на папский престол, основать правящую династию.
