21. Наиболее важные дела каждой церкви следует представлять на рассмотрение папы.
22. Римская церковь еще никогда не ошибалась, она, согласно свидетельству Писания, вечно будет непогрешимой.
23. Римский папа, если он был избран в соответствии с канонами, с учетом заслуг святого Петра, несомненно, станет святым, как это подтвердил епископ Павии святой Эннодий, и с ним в этом были согласны многие святые отцы, это можно найти в декретах святого Симмаха.
24. По приказу и в соответствии с полномочиями папы обвинения могут быть выдвинуты и духовными лицами более низкого сана.
25. Папа может смещать или возвращать на свою должность епископа без созыва собора.
26. Нельзя считать католиком того, у кого нет единства с римской церковью.
27. Папа может освободить подданных от присяги верности лицу, совершившему грех»[56].
Опираясь на «Лжеисидоровы декреталии», «Dictatus рарае» заявляет, что папа обладает не только вселенской юрисдикцией и непогрешимостью, но и правом созыва соборов, посвящения епископов и низложения их. Григорий VII сначала хотел получить неограниченные полномочия в управлении церковью. На последовавших один за другим соборах были приняты суровые постановления, направленные против симонии и против женитьбы священнослужителей. Безбрачие, целибат были направлены на то, чтобы свести к минимуму общность интересов между клиром и обществом мирян. Безбрачие священников – это не указание, диктуемое божественным волеизъявлением, а церковный закон, вытекающий из исторических обстоятельств. Евангелия советуют лишь соблюдать целомудрие, там не говорится, что духовным лицам запрещено вступать в брак. Первый церковный запрет подобного рода был принят лишь на Эльвирском соборе (ок. 300 г.): 33-й канон под угрозой исключения из духовного сословия запрещал епископам, священникам и диаконам жить совместно с женами. То есть и тут имеется в виду не брак как таковой, а семейная жизнь. В эпоху укрепления церковной иерархии – например, на Никейском соборе – подвигнуть вселенскую церковь на принятие целибата тоже не удалось. На Востоке такая ситуация сохранилась и в дальнейшем, в то время как на Западе, в латинской церкви папы Лев I и Григорий I возвели решение Эльвирского собора в ранг закона, обязательного для всей церкви. Правда, в эпоху переселения народов и в период раннего Средневековья претворить это решение в жизнь не удалось, так что в среде духовенства браки стали обычным явлением. Григорий VII и движение реформаторов вернулись к принципу целибата, стремясь закрепить его и в практике феодальной церкви. Целый ряд соборов XI–XII вв. высказались за непризнание браков лиц духовного сословия. Второй Латеранский Вселенский собор (1139) заявил: тот, кто посвящается в высокий сан (епископа или священника, обладающего правом благословения), не может вступать в брак. Об этом вновь было заявлено на Тридентском Вселенском соборе, который причислил целибат к числу догматов. Хотя в истории церкви целибат подвергался критике более всех других догматов, решение это сохранено и в ныне действующем кодексе церковных законов.
Согласно церковному представлению, между Богом и священником, находящимся в состоянии безбрачия, не стоит семья, так что он может полностью посвятить себя служению, интересы семьи его не связывают. Кроме того, в эпоху Средневековья возведению положения о безбрачии священнослужителей в ранг закона, очевидно, способствовали и соображения, связанные с организационной структурой церкви и с хозяйственной и политической сторонами ее жизни. Во всяком случае, положение об обязательности безбрачия встретило огромное сопротивление внутри церкви, так как едва ли не всюду священнослужители все же заводили семьи. Парижский собор 1074 г. даже объявил решения папы недействительными. Констанцский епископ Отто прямо призывал своих священников жениться. Неудивительно, что Григорию VII пришлось направлять в европейские страны полномочных папских легатов для проведения своего решения о целибате в жизнь.
Генрих, из-за восстания саксонцев оказавшийся в очень трудном положении, некоторое время не решался предпринимать какие-либо действия, так как нуждался в моральной поддержке папы. Его поведение резко изменилось, когда папа решил оспорить право императора на инвеституру и уже сумел одолеть внутреннюю оппозицию в этом вопросе. Конфликт между папой и императором становился неизбежным: ведь, согласно сути концепции Григория VII, папство обретет независимость от светской власти и верховенство папы станет реальностью лишь в том случае, если при назначении епископов папа проведет в жизнь свое волевое решение и тем самым поставит заслон для симонии. В то же время в вопросе о целибате, если смотреть на него со стороны церкви, возведение целибата в общее правило не только даст возможность решить проблему сохранения в целости церковного имущества, но и обеспечит независимость церковного общества от мирской стихии, от светской власти.
