10. Государство и проституция (законодательные меры, полиция нравов). – Отношение античного государства к проституции имело величайшее значение для позднейшего развитие и склада проституции европейских государств и сохранило свое влияние в этом направлении и до сих пор, хотя социальная структура современных народов успела совершенно измениться. Правовое и социальное положение проституции, в общем, и теперь еще опирается на воззрение древних, хотя в основе их лежали совсем другие предпосылки. В следующей главе, посвященной роли проституции в общественном мнении древних, мы постараемся обосновать этот взгляд детальнее. Здесь же мы ограничимся указанием на тот весьма важный факт, что точка зрения, с которой обсуждается позиция государственных факторов древности в отношении к проституции, безусловно, должна определяться существовавшим в то время рабством, которое у нас отпадает. Пусть вопрос, не хуже ли в этом случае положение наших наемных рабов, по сравнению с древними, имеет свои основания, тем не менее, с точки зрение современного государства, первые – свободные люди, подлежащие равному со всеми остальными сословиями публичному и частному праву; античные же рабы отделялись от свободных людей глубокою пропастью и не имели никакой доли в принадлежащих тем правах; с ними обращались в полном смысле слова, как с вещью. Но античная проституция; была только особым видом, особой формой проявление этого рабства, как мы уже упоминали, она рекрутировалась большей частью из сословия рабов и все относящиеся сюда законодательные меры имели целью ограничить ее именно рабским сословием; а где это было невозможно, законодательство стремилось исключить свободных людей, занимавшихся проституцией, из числа граждан и превратить их и с внешней стороны в рабов, «вписыванием» в списки проституированных, подлежавших государственному надзору. Разве это не странно, что современная «регламентация» в основе своей представляет не что иное, как меру, сохранившуюся от типично рабского государства, которая подходит к нашим современным условиям, как к корове седло, которая легко объяснима с точки зрение античного государства, но которая, безусловно, чужда духу государства современного и совершенно не согласуется с ним? Вот тот пункт, на который должен нападать истинный аболиционизм, если он хочет действовать правильно в логическом и этическом отношении. Выдвигаемый же теперь аболиционистами вопрос о ненадежности насильственного санитарного исследование проституток не может служить в этом случае правильной исходной точкой, потому что вопрос этот имеет лишь второстепенное значение, не принимался вообще древними во внимание (заразительность половых болезней им была почти неизвестна) и к тому же ему может быть придана, с точки зрение общественного блага, известная видимость правовой и этической обоснованности. Итак, собственно корень государственной проблемы проституции нужно искать в этом анахронизме, в суждении о современной проституции с точки зрение античной государственной морали, по которой проституция является ничем иным, как формой рабства.
