Отцы нередко лишали своих сыновей наследства за то, что они имели связь с проституткой, что Квинтилиан считает, впрочем, спорным с юридической точки зрение (Квинт. VII, 4, 20). Иные имели полное основание косо смотреть на посещение борделей их сыновьями, потому что последние часто проматывали там все их состояние.
Таким мотом является Харинус в «Mercator» Плавта. Он сам описывает в прологе огорчения, которые доставил своему отцу:
(Перев. W. Binder).
(Едва выскочив из детских пеленок, когда мысли мои еще почти не успели отвернуться от ребяческих интересов, я страстно полюбил девушку и сейчас же, за спиной моего отца, перетащил к ней все свое имущество. Жадный сводник, хозяин девушки, насильно вымогал у меня, что только было возможно, и тащил из моего дома в свой. Но затем отец вскоре выступил с порицанием против меня. День и ночь описывал он мне лживость и подлость хозяина проститутки: его состояние, говорил он, все уменьшается, а сводник все жиреет. Иногда он говорил сердито, иногда – со сдержанным гневом. Я больше не его сын, кричал он по всему городу, пусть всякий остерегается дать мне взаймы хоть один деут; называл меня мотом, неудачным сыном, который тащит из дому, что только возможно. По его мнению, нет худшего поведения, как если сын развратным образом жизни растрачивает все, что он, отец, с таким трудом приобрел. Ему стыдно, говорил он, что он так долго щадил меня: где нет стыда, там жизнь ничего не стоит).
