Уже тогда была возобновлена прерванная раздача участков на карфагенской территории, вначале в пользу солдат Мария, причем, по-видимому, участки раздавались не только римским гражданам, но и уроженцам италийских союзных общин; каждому из этих ветеранов обещано было в провинции Африке 100 югеров, т. е. в пять раз больше обычного крестьянского участка в Италии. Но теперь для римско-италийских переселенцев предоставлены были в самом обширном размере не только земли провинций, уже находившихся под властью Рима, но и вся страна независимых еще кельтских племен по ту сторону Альп; основанием для этого служила юридическая фикция, что в результате победы над кимврами римлянам по праву принадлежит также вся территория, которую занимали кимвры. На Гая Мария возложено было руководство раздачей земель и принятие дальнейших связанных с этим мер. На обзаведение новых поселенцев предназначены были сокровища храма в Толозе, которые были в свое время похищены аристократами, но впоследствии были возмещены ими или подлежали возмещению. Таким образом этот закон не только продолжал в самом широком масштабе планы Гая Гракха и Флакка относительно заальпийских завоеваний и заальпийской и заморской колонизации, но допускал также эмиграцию италиков наравне с полноправными римскими гражданами. А так как этот закон, несомненно, предписывал организацию все новых общин на правах гражданских колоний, это являлось первым шагом к удовлетворению требований италиков об уравнении их в правах с римскими гражданами; эти требования трудно было провести, но уже нельзя было долее отказывать в них. Если бы этот закон прошел и Марий призван был самостоятельно проводить эту грандиозную завоевательную и колонизационную программу, он стал бы фактически римским монархом на все время реализации этой программы, вернее — пожизненно, ввиду неопределенности и беспредельности этой программы. Вероятно, при этом Марий имел в виду ежегодно переизбираться в консулы, как Гракх в трибуны. Для Мария предполагалось создать политическое положение, вообще сходное во всех существенных чертах с тем положением, которое занимал младший Гракх. Но все же между трибуном, раздающим земли, и консулом, раздающим земли, было очень важное различие: должность первого носила исключительно гражданский характер, а должность второго наряду с гражданским носила и военный характер. Это различие отчасти, но не исключительно, объяснялось различием тех конкретных условий, при которых оба эти человека стали во главе государства.
Такова была цель, намеченная Марием и его товарищами. Возникал вопрос, какими средствами предполагалось сломить ожидаемое упорное сопротивление правительственной партии? Гай Гракх в своей борьбе опирался на сословие капиталистов и на пролетариат. Его преемники тоже не преминули пойти им навстречу. Всадникам не только оставили их суды, но и полномочия их в качестве присяжных были значительно расширены. Во-первых, Главция провел (вероятно, в том же году) новые, более строгие правила для той постоянной судебной комиссии, которая ведала наиболее важные для купечества дела о вымогательствах должностных лиц в провинциях. Во-вторых, вероятно, уже в 651 г. [103 г.] по предложению Сатурнина был учрежден специальный суд по делам о хищениях и других преступлениях по должности, совершенных в Галлии во время нашествия кимвров.
В пользу столичного пролетариата была понижена крайне низкая цена раздаваемого хлеба с 61∕3 ассов за римский шеффель до 5∕6 асса; эта последняя цена была простой формальностью оплаты. Однако, хотя новые вожди народной партии не пренебрегали союзом со всадниками и столичным пролетариатом, их главную силу все же составляли не всадники и пролетариат, а отставные солдаты армии Мария, интересы которых именно поэтому и были предусмотрены с такой исчерпывающей полнотой в законах о колонизации. Здесь тоже сказывается преимущественно военный характер этой революционной попытки; этим, главным образом, она и отличается от предшествовавшей.
