Но правительственная партия только и ожидала такой дикой сцены, чтобы прибегнуть к насилию. Сенат обратился к консулу Гаю Марию с требованием принять необходимые меры, и Марий действительно согласился употребить теперь в защиту консервативной партии ту власть, которую он получил от демократии и обещал употреблять в интересах демократии. Спешно были созваны молодые солдаты, снабжены оружием из общественных зданий и выстроены в боевом порядке. Сами сенаторы со своим престарелым главой Марком Скавром явились на форум с оружием в руках. Противник был сильнее в уличных свалках, но к такой атаке не был подготовлен и должен был защищаться как попало. Были выломаны двери тюрем, рабов призвали к свободе и к оружию, и Сатурнин был даже провозглашен царем или вождем войска — так во всяком случае утверждают. В день, когда новые народные трибуны должны были вступить в должность, 10 декабря 654 г. [100 г.], на форуме произошел бой. За все существование Рима это был первый бой внутри городских стен. Исход его был предрешен.
Популяры были разбиты и загнаны на Капитолий. Их отрезали от воды, и они были принуждены сдаться. Марий, командовавший в этих операциях, охотно спас бы жизнь своим бывшим союзникам, а теперь пленникам. Сатурнин крикнул толпе, что все свои предложения он вносил по соглашению с консулом. Даже более дурной человек, чем Марий, должен был содрогнуться перед той бесчестной ролью, которую он играл в этот день. Но он уже давно не был господином положения. Аристократическая молодежь без приказания взобралась на крышу сенатской курии, на форуме, где временно помещались пленники, и перебила их сорванными с крыши черепицами. Так погиб Сатурнин с большей частью видных пленников. Главция скрылся, но был найден и тоже убит. В этот день погибли без суда и приговора четыре должностных лица римского народа: претор, квестор и два народных трибуна и ряд других видных деятелей, отчасти из знатных семей. Хотя на главарях народной партии и лежала тяжелая и кровавая вина, все же их участь достойна сожаления. Они погибли, как аванпост, покинутый армией в минуту опасности; они вынуждены были бесцельно погибнуть в отчаянной схватке.
Никогда еще правительственная партия не одерживала такой победы, а оппозиция не терпела такого поражения, как в этот день 10 декабря. Устранение нескольких беспокойных крикунов было еще наименее важным результатом этого дня; их в любой день могли заменить другие субъекты того же пошиба. Важнее было то, что единственный человек, который мог тогда стать опасным правительству, сам себя публично и окончательно развенчал. А самым важным результатом было то, что оба элемента оппозиции — сословие капиталистов и пролетариат — вышли из борьбы в полном разладе друг с другом. Правда, это не было делом правительства. Сила обстоятельств, а главным образом, грубый мужицкий кулак бездарного преемника Гракха разорвали союз, завязанный искусной рукой его предшественника. Но в конечном счете было безразлично, что доставило правительству победу — сознательный расчет или удача.
Трудно представить себе положение более жалкое, чем то, в котором очутился после этой катастрофы герой Акв и Верцелл. Положение его было тем более жалким, что все невольно сравнивали его с тем блеском, который окружал Мария еще несколько месяцев назад. При выборах должностных лиц уже никто ни в лагере аристократии, ни в лагере демократии не думал больше выставлять кандидатуру победоносного полководца. Человек, который 6 раз был консулом, уже не мог осмелиться выставить свою кандидатуру даже на должность цензора в 656 г. [98 г.]. Он отправился на Восток под предлогом выполнения данного им обета, а на самом деле для того, чтобы не быть очевидцем триумфального возвращения в Рим своего смертельного врага Квинта Метелла. Никто его не удерживал. Когда он вернулся, он возобновил свои приемы. Но его покои пустовали. Он все еще надеялся, что снова настанет время войн и сражений и снова понадобится его рука опытного воина. Он думал найти случай для войны на Востоке, где у римлян, конечно, было немало причин для энергичного вмешательства. Но и эта его надежда рушилась, как и многие другие. Царил глубокий мир. Раз возбужденная жажда почестей пожирала его тем сильнее, чем чаще он ошибался в своих надеждах. Будучи суеверным, он лелеял в своем сердце старое предсказание оракула, что будет 7 раз консулом. В мрачном раздумье он размышлял, как добиться осуществления этого предсказания и отомстить за обиды. А между тем все, кроме него самого, считали его человеком ничтожным и неопасным.
