В резкой противоположности ко всем этим варварам находились греческие поселения, основанные на этих берегах в период мощного подъема греческой торговли. Они были основаны главным образом выходцами из Милета, частично как торговые пункты, частично как рыболовные центры — рыболовство имело тогда важное значение — и даже как земледельческие поселения; как мы уже говорили, северо-западное побережье Черного моря в древности представляло более благоприятные условия для земледелия, чем в настоящее время. За пользование землей эллины, как и финикияне в Ливии, платили местным властителям дань и поземельный налог. Главнейшим среди этих поселений был свободный город Херсонес (близ Севастополя), основанный на территории скифов на Таврическом полуострове (Крым), достигший, несмотря на неблагоприятные условия, некоторого благосостояния, благодаря хорошему управлению и солидарности своих граждан; далее, Пантикапея (Керчь) — на противоположном берегу полуострова, на пути от Черного моря к Азовскому; с 457 г. от основания Рима [297 г.] Пантикапеей управляли наследственные градоправители, которые впоследствии стали называться боспорскими царями — Археанактиды, Спартокиды и Перисады. Земледелие и рыбная ловля в Азовском море в скором времени обусловили процветание этого города. Во времена Митридата к территории Пантикапеи принадлежали также меньшая, восточная, часть Крыма с городом Феодосией и лежащие напротив, на азиатском материке, город Фанагория и Синдская область. В более благоприятные времена правители Пантикапеи покорили народы, жившие на восточном берегу Азовского моря и в долине Кубани; кроме того их флот господствовал на Черном море. Однако впоследствии Пантикапея уже не была тем, чем раньше. Прискорбный упадок эллинского народа нигде не ощущался так сильно, как на этих дальних рубежах. Во время своего расцвета Афины были единственным греческим государством, исполнявшим здесь обязанности ведущей державы; впрочем, эти обязанности диктовались им нуждой в понтийском зерне. С упадком морского могущества Аттики эти страны были в общем предоставлены самим себе. Греческим континентальным государствам никогда не удавалось решительно утвердить здесь свое влияние, хотя были неоднократные попытки в этом направлении со стороны Филиппа, отца Александра, и Лизимаха. Римляне, на которых после завоевания Македонии и Малой Азии, легла политическая обязанность охранять греческую цивилизацию здесь, где она в этом нуждалась, совершенно пренебрегали этим требованием собственных интересов и чести. Падение Синопа, упадок Родоса завершили изолирование эллинов на северном побережье Черного моря. Живую картину их положения по отношению к кочевым варварским племенам дает найденная в Ольвии (близ устьев Днепра, недалеко от Очакова) надпись, которая, по-видимому, составлена незадолго до Митридата. Граждане были обязаны не только посылать в лагерь варварского царя ежегодную дань, но также воздавать ему почести и подносить дары, когда он располагался лагерем близ их города или хотя бы только проезжал мимо него. Подобным же образом они должны были откупаться подарками и от низших вождей, а иногда даже от целой орды варваров, и плохо было, если подарки оказывались недостаточными. Городская казна дошла до банкротства, пришлось заложить драгоценности, принадлежавшие храмам. Тем временем у ворот города напирают дикие племена; они опустошают страну и уводят в плен массу землепашцев. А всего хуже, что более слабые из соседних варваров, скифы, пытаются овладеть обнесенным стеной городом, чтобы укрыться от нашествия более диких кельтов. В результате многие граждане покидают город; идет даже речь о том, чтобы окончательно отказаться от него.
