Крестьяне объявлялись лично свободными и становились юридическими лицами, т. е. могли от своего имени совершать сделки, покупать недвижимость, открывать торговые и промышленные заведения. Изменялось юридическое отношение крестьян к земле: до реформы они пользовались земельными наделами и усадьбами, но покупать землю могли только на имя помещика.
Личную свободу крестьяне получили вместе с наделом земли (в интересах исправного платежа государственных повинностей). Размеры наделов определялись добровольными соглашениями крестьян с землевладельцами, но не могли быть ниже минимального размера, соответствующего географической зоне России и, следовательно, качеству земель, плотности их заселения и т. п. (нечерноземная, черноземная и степная полосы). Минимальный размер был равен одной трети высшего.
Закон предусматривал отрезку от крестьянского надела в пользу помещика, если дореформенные его размеры превышали «высшую» норму, и прирезку, если надел не достигал «низшей» нормы. На практике это привело к тому, что «отрезки» стали правилом, а прирезки – редким явлением. К тому же в отрезки по воле помещика верстались те земли и угодья, без которых нарушалось нормальное ведение крестьянского хозяйства (луга, водопои и т. п.), и крестьяне были вынуждены арендовать их у помещика. Таким образом помещик получал эффективное орудие нажима на крестьян, так как в качестве арендной платы выступала система отработок.
За надел, полученный в постоянное пользование, крестьянин вносил плату деньгами или должен был отрабатывать (т. е. сохранялись оброк или барщина). До тех пор пока надел не будет полной собственностью крестьянина, он считался временнообязанным, а помещик сохранял над ним контроль. Только после выкупа крестьянин вступал в положение собственника, и все его обязательства по отношению к помещику прекращались.
Закон от 19 февраля не устанавливал окончательного срока перевода крестьян на выкуп, и этот процесс затянулся до 1881 г., когда был издан закон об обязательном переводе крестьян на выкуп (полностью переход на выкуп завершился к 1895 г.).
Размер выкупа приравнивался к сумме, которая, если ее положить в банк под 6 процентов годовых, приносила бы помещику доход, равный дореформенному оброку: государство стремилось возместить потерю земли и крепостного труда. Крестьяне, за некоторыми исключениями, не могли сразу выплатить весь выкуп. А помещику было выгодно получить именно всю сумму сразу. Поэтому государство, соблюдая интересы землевладельцев, выступило посредником в выкупных операциях. Оно предоставляло крестьянам ссуду в размере 80 процентов выкупной суммы, которая выплачивалась сразу, остальные 20 процентов – по договоренности с помещиком.
Ссуду государство давало крестьянам под 6 процентов годовых, и возврат ссуды в виде ежегодных платежей растягивался на 49 лет (выкупные платежи были отменены в 1906 г.). В итоге выкупная сумма, полученная с крестьян, намного превышала рыночную стоимость земли. Кроме того, в ходе государственных выплат помещикам учитывались их долги казне под залог крепостных душ. Эти деньги вычитались из выкупной суммы. Таким образом, выкупная операция была выгодна и помещикам, и государству.
Со дня обнародования Манифеста 19 февраля предусматривалось ввести в селениях помещичьих крестьян «общественное управление». За образец было взято самоуправление государственных крестьян, введенное в 1837–1841 гг. по реформе графа П. Д. Киселева. Крестьяне одного имения составляли «сельское общество», которое управлялось сельским сходом домохозяев во главе со старостой. Следующая ступень самоуправления – волостной сход во главе со старшиной. Сельские старосты и волостные старшины обязаны были подчиняться представителям полиции, судебным следователям и мировым посредникам.
Институт мировых посредников возник летом 1861 г. Они назначались Сенатом из местных дворян по представлению губернатора. Мировые посредники контролировали территорию из трех-пяти волостей. Они удостоверяли выкупные акты, разбирали споры между крестьянами и помещиками, утверждали уставные грамоты, в которые записывались условия поземельных отношений и повинности крестьян по отношению к помещикам.
Крестьянское самоуправление находилось под контролем правительства, но именно через него бывшие крепостные приобщались к гражданской жизни, входили в новые демократические учреждения – земство, суд присяжных.
Реформа 1861 г. хотя и носила половинчатый характер, стала своего рода рубежом между феодальной и капиталистической эпохами в России. По своей исторической роли она вполне может быть поставлена в один ряд с буржуазными революциями в Западной Европе.
