— Доброе утро, маменька! Доброе утро, папенька! — радостно поздоровался Дима и, словно не замечая ошеломленного молчания, стал ставить к большому столу дополнительные стулья.
— А ну-ка потеснитесь там! — сказал он младшим, и те сели поплотнее, чтобы рядом с Диминым стулом поместилось ещё четыре.
— Что… что это значит, Дмитрий? — наконец сдавленно произнесла Камилла Альбертовна, следя расширенными глазами за происходящим.
Все остальные молчали. Дима в ответ лишь улыбнулся улыбкой сытого кота.
Почтенная женщина перевела недоумевающий взгляд на супруга:
— Дмитрий Леонидович… что происходит?
Но тот лишь пожал плечами, взирая на все с веселым любопытством.
— Присаживайтесь, девушки! — сказал тем временем Дима и стал по-джентльменски отдвигать стул для каждой из девиц — таким образом, чтобы сам он оказался между двумя парами своих пассий.
Затем он громко обратился к горничной:
— Катюша! Ещё четыре прибора, пожалуйста!
Катя, стараясь хранить на лице полную невозмутимость (что получалось крайне плохо), тут же поставила перед девушками приборы.
Дима же, взглянув на родителей совершенно счастливыми сияющими глазами, сказал:
— Маменька, папенька, теперь эти девушки будут трапезничать с нами. Это мои невесты. Я женюсь на них. Да, сразу на четырех. Здесь это можно, так что все будет по закону. Надеюсь, вы меня благословите. А поскольку это мои невесты, то негоже им питаться отдельно… Ну вот… прошу, как говорится, любить и жаловать и относиться к ним как к членам семьи.
Несколько мгновений стояла тишина, во время которой все взгляды направлены на Диму с его эскортом. Камилла Альбертовна хватала воздух ртом, то краснея, то бледнея, утратив при этом дар речи.
Миша хихикнул и громко прошептал:
— Ничего себе — четыре жены! Дима — султан! Слышь, Ленька? — Он ткнул меланхоличного братца в бок.
Леня в ответ лишь звонко икнул.
Наконец Дмитрий Леонидович, взглядом показав жене, чтобы не смела поднимать скандал, вздохнул и нарочито бодро произнёс:
— Ну что ж, Дмитрий… поздравляю! Мы обсудим это вечером, когда я вернусь со службы. Да… кхм… А сейчас… приятного всем аппетита! — Он подмигнул старшему сыну и принялся за трапезу.
Остальные последовали его примеру. И только Камилла Альбертовна, сразу потеряв аппетит, сидела прямая как палка, не отводя сурово-скорбного взгляда от Димы, который, казалось, этого вовсе не замечал и был занят тем, что подкладывал вкусные кусочки на тарелки своих четырех прелестниц, в то время как те тихонько хихикали и томно улыбались, глядя на него.
Спустя полчаса, когда младшие сыновья были отправлены гулять в сопровождении Ю Су, а дочери занялись своими делами, супруги Хорваты, уединившись за закрытыми дверьми кабинета, вели следующую беседу.
— Может быть, отложим разговор до вечера? Мне нужно идти на службу! — говорил генерал, поглядывая на свои серебряные карманные часы.
— Нет! — решительно отвечала его супруга. — Сначала ты мне объяснишь, что происходит!
— А что происходит? Наш сын уже взрослый мужчина и хочет жениться! Что в этом особенного? — с некоторым вызовом отвечал Дмитрий Леонидович.
— Ах, прекрати! — Камилла Альбертовна картинно заломила руки. — Я знаю, ты хочешь сказать, что в этом мире можно иметь несколько жен, хорошо… Я смиряюсь с этим фактом. Но эти женщины… Они же… они… они совершенно не подходят нашему мальчику! Одно дело — развлекаться с ними, но жениться на этих… на этих… — Пытаясь подобрать слово, она перебирала в воздухе пальцами.
