— Мистер Жуков делает то, что умеет, и то, что ему положено по должности, и сейчас мы должны говорить не о нём, — с солдатской прямотой рубанул Омар Брэдли. — Главное действующее лицо этой кампании скрыто от нас непроницаемым занавесом тайны, и лишь иногда из-за него высовываются руки в чёрных перчатках, чтобы снять с игральной доски те или иные фигуры. Ведь любому вменяемому человеку очевидно, что мистер Жуков и его начальник мистер Сталин — это одно, а тот кто выбил из нашей руки атомную дубину, изрядно вывихнув пальцы — совсем другое. Против мистера Жукова и его коллег мы ведем войну с равным по уровню, только более тактически грамотным, опытным и злым врагом. А вот таинственный мистер Икс делает с нами все, что ему вздумается, и это уже получается война миров, когда даже мистер Эйнштейн не может сказать, куда делись транспорты с разными дельными вещами, которые с таким изяществом сперли прямо из-под носа кораблей эскорта. Я не знаю, кто это — один человек, вроде капитана Немо или Робура-завоевателя, овладевший секретами древней (или, наоборот, космической) цивилизации, тайная организация с такими же возможностями или какое-нибудь потустороннее государство… Но явно одно — то, что приходит в наш мир через эту сущность, превосходит не только наши возможности, но и всяческое воображение. Единственная причина того, что мы пока живы и разговариваем тут, заключается в том, что захват территории Соединенных Штатов пока не входит в планы этой сущности.
— Вы сказали «пока», Омар? — встревоженно спросил Эйзенхауэр.
— Да именно «пока», мистер президент, — отрезал тот. — Но у нас есть все шансы напроситься на расширение масштабов операции, ведь нечто подобное мы проделывали уже дважды. Первый раз — когда, чтобы запугать, русских решили нанести ядерный удар по Корее и Китаю, и второй — когда схватились за этот людоедский план «Дропшот», который должен был выдвинуть нас на первую позицию в перечне величайших злодеев за всю историю цивилизации. В случае нашего успеха даже Адольф Гитлер стоял бы в сторонке и смущенно ковырял землю носком ботинка. Должен вам сказать: у меня есть предчувствие, что если в европейской кампании мы продолжим свои попытки отыграться, чтобы хотя бы остаться при своих, мистер Икс с легкостью сдвинет эскалацию ещё на один уровень вверх, нарезав своим «чёрным кораблям» цели уже на нашей территории. Да и те маленькие, верткие и ужасно зубастые аппараты тоже не станут для нас подарком. Вот тогда мы и в самом деле утратим всякую возможность воевать, и будем вынуждены капитулировать по формальным обстоятельствам.
— Так, — сказал Эйзенхауэр, — генерал Брэдли высказался. И хоть ещё дней десять назад я назвал бы его слова бредом умалишенного, сейчас по этому поводу у меня совсем другое мнение. У кого ещё есть какие-нибудь дельные мысли?
— Мистер президент! — вскочил со своего места госсекретарь Джон Даллес. — Вы ни в коем случае не должны идти на поводу у мистера Сталина, его неведомого союзника и наших паникеров, которым враг кажется всемогущим и непостижимым! Америка — великая страна, и она непременно одолеет всех своих врагов. Если понадобится, мы будем воевать с коммунизмом хоть целую тысячу лет!
— Ну вот, мистер президент об этом я и говорил, — вздохнул Омар Брэдли. — Нас погубят разные штатские политиканы, никогда не слышавшие даже, как над головой свистят пули, не говоря уже о грохоте ядерных взрывов, от которых до основания содрогается сама земля. Мы почти у края пропасти, а некоторые безумцы предлагают сделать следующий шаг. Трудно предсказать, в какой момент правила игры снова поменяются, но сдается мне, что лучше не испытывать терпения того, кто с легкостью смог лишить нас возможности швыряться ядерными бомбами.
— Действительно, Джон, — назидательно произнёс президент, — сегодня вы, наверное, не в себе. Полмесяца назад я поверил вашим словам, когда вы убеждали меня в необходимости массированного возмездия за действие русских в Корее, а до этого — в необходимости нанести ядерный удар по Китаю, но теперь положение в корне изменилось. Мистер Икс, как и в случае с китайским вариантом, свернул ваше возмездие в трубочку и засунул нам всем глубоко в то место, о коем не принято говорить вслух — ну вы меня поняли. И чтобы всем было ясно, должен сразу сказать, что я, точно так же, как Омар, верю в существование этого господина. Невозможно смешать воду и оливковое масло в одном стакане. Если присмотреться, то сразу становится видно, где Джордж (Жуков) действует сам по себе, как большевистский маршал с опытом, талантом и нахальством, а где ему начинают нашептывать советы свыше, вследствие чего он набирается просто невероятной наглости.
— Да, это так, — подтвердил Омар Брэдли, — по большей части русские и их союзники ведут себя так, будто им неведом туман войны. И то же самое было в Корее, когда красные моментально обнаруживали любую брешь в наших боевых порядках, окружали и уничтожали наши отставшие или сбившиеся с маршрута подразделения.
