- Эх, ты, «Вовка-дурак, курит табак!» А ещё еврей. - Обида в момент исчезла, взамен неё вступила неслыханная ни разу прежде нежность. - Если не врёшь, тогда это многое меняет. Сейчас же прогоню клиента. В конце концов, его паршивые копейки я с лихвой отработала. Если не врёшь, я, пожалуй, и вправду постараюсь быть только твоей, хотя это, наверное, будет чертовски скучно. Но, вообще-то, дорогой, по моему, ты неправильно всё воспринимаешь, старомодно, А секс - это всего лишь приятная такая физкультура. И тот, кто это понимает, живёт долго, счастливо, безо всяких проблем. Однако пока ты преодолеваешь свою старомодность, я обещаю терпеть, только не слишком долго...
Может быть, в тот момент она была искренна и верила сама, что способна к сколько нибудь продолжи тельной верности?...
Света пошла, решительно растолкала храпевшего «гориллу», тот что-то недовольно бурчал, он особо не сопротивлялся. Прежде, чем уйти, он, сволочь, заглянул в кухню, нагло подмигнул и показал оттопыренный большой палец. Будто я тоже клиент. Будто без него не знаю Светкиных талантов.
Скажете, что, по сути дела, я и был клиентом, при-чём пообещавшим заплатить за всю жизнь вперёд? Но в таком случае, разве большинство добропорядочных мужчин не такие же клиенты?...
И стали мы со Светланой жить, как настоящие муж и жена. И целых четыре дня мы так жили - не улыбайтесь, это очень большой и не только для нас срок - изо всех сил демонстрируя друг другу основательность отношений. Так, я за три дня собственными руками починил выключатель, чего ни разу не делал, ни до этого, ни после, а она постирала мне рубаху и уверяла, что ей стала гораздо понятней душа рачительной домохозяйки
А в конце четвёртого дня Светлана вдруг увидела за окном знакомую машину. И сделалась бледная как снег, - это Тенгиз со своими головорезами нагрянул я наше тихое гнёздышко.
Но только мы успели представить в общих чертах, что с нами сейчас будет, как знакомую машину за окном увидел я. Это была папина машина. И он - в сопровождении людей внушительной наружности.
Папа всё и уладил в один момент. А нам через занавеску эта замечательно было видно. Кто не знал, в чём дело, мог бы подумать, что случайно повстречались двое добрых знакомых. Но если бы оба босса не выехали лично на разборку, то совсем без крови вряд ли обошлось.
В итоге Тенгиз, которого я никогда больше не видел, сел в машину и уехал, кинув на занавешенное окно полный тоски, как мне показалось, взгляд. А папа, оставив свою "Security" во дворе, позвонил в дверь. И на вид это был мой всегдашний отец, невыразимой мукой во взгляде и тихим, скорбным голосом напоминающий самого Христа.
И, не удостоив Светку даже взглядом, сказал:
- Ну, хватит же, блудный мой сын. Потерял постылую невинность, и довольно. С каждым это случается, но потом приходит время взрослеть и умнеть. Я полагаю, что девушка не будет в обиде, если я дам ей сейчас определённую сумму, и мы расстанемся навсегда. Кроме того, я же только что выкупил ее из рабства, а свобода вообще бесценна.
Только после этих слов папа, наконец, счел возможным глянуть на мою возлюбленную и даже произнести нечто, отдалённо напоминающее комплимент.
- А вы, Света, и впрямь красавица. Хотя, пожалуй, на любителя. Ну, подумайте, на кой вам сдался наш дуралей? Поверьте слову старого еврея: жизнь с нашим братом скучна и пресна, мы совсем не склонны к житейским бурям и катаклизмам, нам дороже всего устоявшийся быт и размеренность существования. И вы, такая яркая да эффектная, очень скоро затоскуете с Вовой. К тому же он - маменькин сынок, если что, имейте а виду, может даже сесть вам на шею, наплевав на свои сегодняшние рыцарские будто бы принципы. Впрочем, он, кажется, уже на них наплевал.
И тут Светка вдруг обоих нас ошарашила.
- Но я люблю вашего сына, - произнесла она с бесконечной кротостью на лице и в голосе, - он меня тоже любит... Да вы, Илья Семёнович, сами всё прекрасно знаете...
И дальше, по-моему, разговор стал развиваться в непредвиденном для отца русле. Тогда мне впервые пришла в голову мысль о том, что моя возлюбленная -самая настоящая ведьма Только это исчерпывающе объясняет вообще всё и со всех, кроме, разумеется, самой ведьмы, снимает всякую ответственность.
- Но как вы представляете дальнейшее, девушка?! - словно бы моментально забыв обо мне, вдруг с несвойственной ему страстностью воскликнул мой всегда предельно рассудительный родитель. - Или вы о нём, как и Вовка, совершенно не думаете? Ни за что не поверю!
- Правильно. - сказала Светлана невозмутимо, - я думаю о дальнейшем. Но, боюсь, моя расчётливость напугает вас ещё больше.
- Расчётливость - самая уважаемая мною человеческая черта, хотя желательно иметь что-то в дополнение к ней.
- Тогда... В общем, я знаю, что Володя скоро поедет учиться в Европу. И пусть едет - никто не должен ему мешать. А когда мы оттуда вернёмся, то официально поженимся. Если никто не передумает, конечно.
- А ты тоже хочешь - туда?!
- Да мне то и здесь нормально. Однако дело не во мне. Дело - в нём. Он же дня без меня не протянет в той загранице.