— Делаю тебя еще более натуральной и желанной среди клонированных дев, — его губы растягиваются в улыбке. И начинает подпевать кричащей даме.
— Меня это смешит, и я расслабляюсь.
Поворот.
Происходит то, что просто невозможно. Мне показалось, Ияр присоединяется к кругу, танцуя с девушкой. Ловко справляется со своей партией, но с такой злобой смотрит в нашу сторону. Все написано у него на лице под маской. Он все ближе и ближе к нам.
— Ром, Ияр тут, — хочу вырваться и уйти к своей охране.
— Я не вижу! И, даже если так, ты не должна всё время прятаться. Тебе показалось.
— Да нет же, не показалось.
— Я видел, как на собрании он пялился. Не похоже, что он холоден к тебе.
— Это все камуфляж. Он умело обманывал меня.
— Красивый чёрт.
— Ром, ты, часом, не влюбился?
— Нет, голубушка. Я однолюб. Расслабься и отдавайся музыке.
Столько скопилось уже народу. И мне душно.
— Забыл сказать, — закручивает меня к себе.
— Что?
— Время смены партнеров.
— Что? Я думала, это просто часть шоу.
— Надо бороться со страхами, Алекс, а не бегать от мужчин. Ты справишься.
С поворотом отдаёт меня в чужие объятия. Справлюсь, куда ж деваться. Мою талию не сжимают, а сдавливают до хруста, и ладонь почти ломают. Мне не показалось. Я попала в те объятия, в которые заклинала себя больше не попадать. В самый опасный капкан.
Своим взглядом расчленяет. По кусочку, по молекуле счищает. Рука скользит по моей спине, вдавливает в свою грудь. И мы начинаем кружиться в этом безумном балу.
Поворот. И я хочу вырваться из этого безумия. Теряю Рому из виду. Отталкиваюсь от партнера, неожиданно меня ударяют спиной об колонну. Пока свет играет, секундная темнота.
— Развлекаешься, милая?
— Конечно, не у меня же траур, милый. По тебе не скажешь, что ты испытываешь боль утраты.
Свет.
Он отрывает меня и как ни в чем не бывало продолжает танец.
— Ты доигралась, любимая!
Смена партеров. Но он толкает своим громоздким плечом худощавого мужчину, который со стоном падает на пол.
А я тем временем хватаю сервировочный нож с фуршетного стола.
Притягивает меня к себе. Ставлю нож между нами, хватит этого ненужного контакта. Убью его, если тронет меня.
Ухмыляется моей обороне.
Сжимает руку, давит в мою сторону. Срезая атласные ленточки маски. Она падает. Я как будто обезоружена.
— Так лучше!
Опускает руку, оставляя орудие между нами.
Музыка идет к концу. Я не вижу Рому, только потасовка в том углу.
Засаживаю нож ему в плечо, бегу к лифту. Жму кнопку вызова, но он не едет.
Ияр надвигается на меня.
Кидаюсь на лестницу, сбегаю с четвертого этажа к выходу.
Наверху хлопает дверь об стену. Я знаю, это он. Останавливаюсь посмотреть с нижнего этажа наверх. На перилах лежит его рука. Ияр, как всегда, ядовито ухмыляется.
— Ты так рано уходишь, дорогая. Забыла своего нового женишка.
— Иди к черту.
Я на улице, еще одна преграда — ступеньки. Топот позади. Подбираю юбку своего длиннющего платья. Хочу перепрыгнуть оставшиеся ступеньки, но за что-то цепляюсь подолом и падаю, счесывая коленки.
— Я же сказал, доигралась! Не сойдешь с этого места, пока мы не поговорим. Поняла, дрянь! Что это за урод еще с тобой?
Ияр наступил на длинное платье. Продолжает на нем стоять.
Вырываю платье из-под его ног. Дежавю, я снова около них. Встаю, не отводя своих глаз от его обезумевшего лица.
— Ты что, шлюха? Спишь с ними обоими? — Хватает меня за лицо. Давит скулы. — А? Это они тебя заставляют творить это дерьмо? Как ты могла так измениться? Разве этой жизни я хотел тебе?! — кричит.
А я не могу и слова вымолвить. О какой жизни он говорит?
— Не молчи, Акси, или я не знаю, что сейчас сделаю.
— Жизни? О какой жизни ты говоришь, Ияр? Ты предал меня самым подлым способом. Самым подлым, который только можно было придумать. Даже для тебя это было слишком. Я любила тебя, как никто не мог любить твою черную душу. Мое сердце! Я вложила его вот в эти руки, — отрываю его дрожащую ладонь от моего лица. — А ты что сделал? — сжимаю его руку в кулак как можно сильнее. — Раздавил и глазом не моргнул.
— Я тебя не предавал, так нужно было. Если бы ты послушалась и сделала так, как я тебе говорил, мне бы не пришлось выбирать. Но ты, как всегда, отличаешься. Не поддаёшься каким-либо правилам. Безумная девчонка.
— Выбирать? Да ты хоть слышишь себя! — хватаю его за ворот рубашки. — Да ты убил моего отца. Убил его, и не только его, — перехожу на крик уже я. Отталкиваю его от себя изо всех сил. — Я отдала тебе флешку. Ты обещал, что ее никто не увидит, а сам обнародовал на весь мир. — Замахиваюсь, ударяю его по лицу. — Там, около церкви, я ждала тебя, как дура, — снова хватаюсь за воротник. — Верила. До последнего верила, что ты приедешь. Но я и не подозревала, что ты уже тогда приговорил меня к пожизненным мучениям. Именно тогда я стала сиротой, никому не нужной.
Ударяю так, что рука звенит. Сама прячу лицо в ладонях. Сдерживаю свой скулеж от боли нахлынувших воспоминаний.
