– Боюсь, я ничем не смогу помочь, – отказалсь Диана. – Ни один хорват не может просто так взять и приехать в Австрию – необходимо разрешение. Хорватские военные ездят по особым пропускам, которые утверждают в посольстве. Там же выдают и визы бизнесменам, но на очень короткий срок и с приложением дикого количества бумаг. И тщательно проверяют цель и обоснованность визита. К тому же хорватского предпринимателя должен пригласить его австрийский партнер – без этого заявление на визу даже не станут рассматривать. Дипломатам тоже требуется германская виза. Спортивные контакты прерваны на время войны. Иногда через Загреб в Вену ездят еще итальянцы, которых набирают для работы на немецких заводах, но их заранее оформляют по особым спискам и вообще не выпускают из вагонов, пока не доедут до места назначения. – Женщина посмотрела в упор на разведчика. – Нелегально перейти границу тоже не получится – австрийцы охраняют ее как цепные псы, там невозможно остаться незамеченным. Насколько вообще необходима эта поездка в Австрию?
– Если я скажу, что от этого в какой-то степени может зависеть исход войны, это будет банальностью, – медленно произнес он. – Но пока, к сожалению, я не могу сказать тебе ничего больше.
Томислав Благоевич рассмеялся:
– Тебе надо съездить в Вену… Надо же, насмешила! А мне надо съездить в Рим, осмотреть Сикстинскую капеллу. И в Париж – страсть как хочется погулять по Монмартру, прошвырнуться по Елисейским Полям. В Будапеште я тоже давно не был – со времен студенчества, а ведь это тоже один из лучших городов Европы. О Боже, Диана, пора перестать быть такой наивной!
– Но ты же не можешь не признать, что моя идея разносить листовки с адресом и телефоном нашей клиники и приглашать к нам новых клиентов оказалась удачной. Поток пациентов вырос почти на десять процентов.
– Посмотрим, что случится с этим потоком к концу года, – пробурчал Благоевич. – Меня одолевают неприятные предчувствия. Дела явно не становятся лучше, а только хуже.
– Послушай, Томислав… Мне кажется или у тебя действительно был одноклассник, который потом работал на железной дороге?
– Он и был, и есть, – нахмурился Благоевич. – Горан Гундулич сейчас работает заместителем начальника загребского вокзала.
– Ты можешь познакомить меня с ним?
– А зачем это тебе?!
Диана доверительно нагнулась к мужу.
– Ты помнишь, сколько новых клиентов я привела, просто обходя дом за домом со своими листовками? А что, если мы попытаемся действовать через Гундулича – и выйдем с нашей рекламой на работников вокзала и железной дороги?
– Спасибо за кофе. – Гундулич ловким движением спрятал банку в стол. – Раньше я бы и не подумал, что кофе может являться такой ценностью… До чего мы докатились, боже мой…
– Но некоторые наверняка живут так же хорошо, как и прежде. Катаются на отдых на море, приезжают оттуда отдохнувшие и загорелые.
Гундулич покачал головой:
– Для этого надо носить немецкую военную форму. Только немецким солдатам и офицерам оплачивают проезд на отдых и обратно и выдают все необходимые документы, позволяющие свободно ехать куда угодно. Они через Загреб и в Италию катаются, и в Триест. А для хорватов путь в Далмацию практически закрыт – итальянцы очень неохотно выдают разрешения на поездки на курорты Адриатики. Боятся, видимо, что мы их похитим у них, если соберемся там в достаточном количестве.
– Скажите, а разве богачей все эти ограничения тоже коснулись? Я имею в виду богатых дам в мехах и с крошечными собачками, и с кучей багажа в сопровождении уверенных в себе мужчин с толстыми сигарами, которых мы видели в фильмах про «Восточный экспресс». Неужели они изменили своим привычкам и безвылазно томятся дома?
– Эти люди, конечно, все еще путешествуют – хотя места английских лордов и богатых американцев заняли в основном немецкие и итальянские аристократы. Но их все равно стало значительно меньше, и путешествуют они реже… да и не видят они особого смысла тащиться в Стамбул – сейчас там нет ничего интересного и привлекательного. Но в целом это, конечно, лишь жалкие ручейки по сравнению с прежней полноводной рекой, когда каждый такой поезд представлял собой целый ювелирный магазин в сочетании с модным магазином «от-кутюр» на колесах. – На лице Горана показалась странная блуждающая улыбка. – Но зато в последнее время появился новый тип путешественников, свободно пересекающих все границы. Вы даже и представить не можете, что это за люди…
Диана спустилась в теперь уже хорошо знакомую ей крипту собора с громко бьющимся сердцем. Она не знала, как отреагирует Петр Ковалев на ту новость, которую она готовилась преподнести ему.
– Почему ты запросила экстренную встречу? – встревоженно посмотрел он на нее. – Что-то случилось?
– Мне кажется, я нашла способ попасть в Австрию.
Его лицо осветилось радостью:
– Молодчина! Я весь внимание!
– Боюсь только, этот способ вам не понравится…
– Мы здесь не в благородных девиц играем. Выкладывай!
Диана почувствовала, как краска залила ее лицо. Слава богу, что в царившем в крипте полумраке это было не особенно заметно.
