Род Са из клана Сунно, который раньше занимался земледелием, был осужден за измену и в наказание уже более тридцати лет обязан был строить крепостные стены. Со временем влияние клана совсем ослабло, и его представители рассеялись по всей стране. Кроме того, клан Сунно издавна имел тесные торговые и дружеские связи с соседними Пэкче и Силлой. Это тоже стало одной из причин усиленного надзора над кланом и ущемления его интересов. Не в силах терпеть притеснения, многие из представителей рода Са, захватив с собой семьи, переехали жить в другие места. Таким образом, сегодня Сунно являлся самым слабым из всех Пяти кланов. Хотя некоторые из его членов занимали кое-какие должности при дворе и жили не бедно, по сравнению с другими кланами положение Сунно было крайне незавидным.
В донесении сообщалось, что Са, которые все это время старались сохранить родственные связи, несколько раз в году устраивали общеродовые собрания. «Это именно то, что мне нужно, — подумала принцесса. — Можно попробовать вернуть их». Она отчаянно искала новые способы противодействия притязаниям кланов на слабую королевскую власть.
Принцесса в одиночестве отправилась в королевскую усыпальницу. Присев перед поминальной дощечкой матери, она долгое время вела с ней тихую беседу. Если ей не удастся противостоять нажиму со стороны Чжинби и Го Вонпё, сговорившихся с чиновниками, о свободной жизни можно будет забыть. Свадьбы по расчету распространены в кругу королевских особ, поэтому, если принцесса не сможет сама найти свою судьбу, ей придется пойти по пути матери. Когда покойная королева была жива, она часто говорила дочери: «Пхёнган, ты непременно должна выйти замуж за того, кого полюбишь всей душой. Ты должна быть хозяйкой своей жизни, не полагаясь ни на кого и не прося ничьей помощи. Это все, о чем я мечтаю, дочь».
Принцесса закусила губу. Она поклялась, что никогда не станет ни от кого зависеть, и глубоко поклонилась поминальной дощечке матери.
С помощью кормилицы принцесса нанесла на лицо пудру, придавшую ей бледный и болезненный вид, и отправилась на аудиенцию к отцу. Король пристально наблюдал за дочерью, которая, казалось, еле держалась на ногах. Принцесса никогда раньше не болела. Правитель посетовал про себя, что все было бы прекрасно, если бы только Го Гон не был сыном Го Вонпё. Пхёнган — принцесса, воспитанная в традициях и ценностях королевской семьи. Она не меньше самого короля любит свою страну и заботится о подданных.
— Ты не заболела? Выглядишь очень бледной, — озабоченно поинтересовался Пхёнвон.
— Ваше Величество, вы помните, каким было последнее желание матушки перед смертью? — внезапно спросила принцесса.
Король твердо решил не поддаваться, как обычно, на искусство убеждения дочери и, прищурившись, взглянул на нее.
Пхёнган продолжала:
— Ваше Величество, покойная королева беспокоилась о том, что подданные терпят лишения из-за монополии на соль, и хотела принять закон об ее отмене. Я слышала, вы дали ей неофициальное согласие.
— Да, я помню об этом. Но почему ты этим заинтересовалась?
— Мы потеряли королеву из-за этого, как же я могу не думать об этом? Ваше Величество, я слышала, что Го Вонпё получает такую огромную поддержку от знати благодаря тому, что незаконно владеет монополией на соль и многие другие товары.
— Снова ты за свое…
Король тяжело вздохнул, улыбка исчезла с его лица.
— Ваше Величество, мы должны отменить монополию на соль.
— Это слишком сложно, дело касается многих могущественных людей.
— Разумеется, они будут недовольны, если мы заберем то, что они привыкли считать своим. Но знать уже и так имеет слишком много привилегий. А соль — товар, без которого не может обойтись ни один человек. Отмена монополии пойдет на благо подданным этой страны. Разве можем мы жертвовать благополучием нашего народа ради того, чтобы удовлетворить жадность горстки знатных людей?
Король Пхёнвон, хотя и выглядел всегда спокойным и невозмутимым, на самом деле готов был пройти огонь и воду, когда дело касалось благополучия его подданных. Если с урожаем случалась беда из-за изморози или града, он приостанавливал строительство крепостей, чтобы облегчить тяжелую ношу народа. Если затягивалась засуха, король урезал свой рацион и голодал вместе с подданными. Он поддерживал крестьян, поощрял тяжелый труд и всегда ставил свой народ на первое место. В словах принцессы о том, что отмена монополии на соль поможет разбить союз между Го Вонпё и остальными кланами, несомненно, тоже имелось зерно истины. Она действительно была дочерью своей матери. Однако, с другой стороны, короля очень тревожило то, что принцесса слишком сильно беспокоилась о государственных делах и вмешивалась в политику.
Поразмыслив некоторое время, король наконец решительно произнес:
— Хорошо, будь по-твоему, давай отменим монополию на соль. Скажи евнуху, чтобы передал мой приказ главному распорядителю.
